Скромница для злодея

Дьявол пришел в ярость от мысли, что этот человек, этот незнакомец, лапает единственную вещь, оставшуюся ему от матери. Единственную вещь, оставшуюся от его прошлого. Маленькие руки сжались в кулаки, и он с силой ударил нарядного мужчину в бедро.

– Это мое! Не троньте!

Мужчина зашипел от боли.

– Господи Иисусе. Дьявол нанес свой удар.

Настоятель елейным тоном произнес:

– Этому он научился не у нас.

Дьявол нахмурился. Где бы еще он этому научился?

– Отдайте!

Хорошо одетый мужчина поманил его ближе, помахал перед Дьяволом его сокровищем.

– Это дала тебе твоя мать.

Дьявол протянул руку и выхватил булавку из руки мужчины, с отвращением ощущая охватившее его смущение. Смущение и тоску.

– Да.

Кивок.

– Я тебя искал.

В груди Дьявола вспыхнула надежда, жаркая и причиняющая неудобство.

Мужчина продолжал:

– Ты знаешь, кто такой герцог?

– Нет, сэр.

– Узнаешь, – пообещал тот.

Воспоминания – та еще гадость.

Дьявол крался по длинному верхнему коридору Марвик-Хауса.

Но сегодня, оказавшись в этом доме, где невероятным образом даже пахло так же, он вспомнил каждую мельчайшую деталь той ночи. Ванну, теплую еду, мягкую постель. Словно он заснул – и проснулся в мечте.

Та ночь и была мечтой.

Кошмар начался вскоре после.

Выкинув воспоминания из головы, Дьявол добрался до хозяйской спальни, положил руку на дверную ручку, быстро и бесшумно повернул ее и вошел внутрь.

Брат стоял у окна, небрежно держа в опущенной руке стакан. Его светлые волосы блестели в отблесках пламени свечи. Эван даже не повернулся к Дьяволу, только сказал:

– А я гадал, появишься ты тут сегодня ночью или нет.

Голос тот же самый. Ровный, сдержанный, низкий, как у их отца.

– Ты говоришь, как герцог.

– Я и есть герцог.

Дьявол позволил двери за собой закрыться.

– Я не это имел в виду.

– Я знаю, что ты имел в виду.

Дьявол дважды стукнул тростью об пол.

– Разве мы не заключили пакт много лет назад?

Марвик повернулся к нему в профиль.

– Я искал тебя двенадцать лет.

Дьявол опустился в низкое кресло рядом с пылающим в камине огнем и вытянул ноги туда, где стоял герцог.

– Если бы я только знал.

– Я думал, что ты знаешь.

Конечно, они знали.