Эвермор. Время истины

 – Ее голос спокойнее, чем я ожидала, но холоднее, чем самый холодный, темный зимний день, который я когда-либо переживала в Крофтоне, даже когда мы с папой почти голодали.

Моя подруга, моя Королева, моя сестра смотрит на меня с ненавистью во взгляде. Но в нем есть и боль, лишь наполовину скрытая под яростью, которую мне тяжело переносить.

– Прости, – шепчу я бессмысленно. Хриплая просьба о милосердии, понимании.

– Почему? – шипит она. – Знаю, у тебя была тяжелая жизнь, Джулс. Я могу понять, за что ты ненавидела мою мать или Герлингов.

– Ина, – разбитым голосом говорю я, поднимая ладони вверх, – Ина, я не…

Я собираюсь сказать ей, что не убивала Роана. Но, прежде чем успеваю договорить предложение, перед глазами появляется лицо Аммы. Я вижу, как она обнимает меня в сарае, а потом лежит, мертвая, на обожженном полу мясной лавки в луже крови.

Я убедила Амму верить мне. Та поверила.

Слова застывают на языке, и это никак не связано с магией.

Ина подходит ближе ко мне, от нее словно исходит холод. Я чувствую, как глаза начинает щипать от слез.

– Я лишь пыталась быть доброй к тебе, а ты разрушила мою жизнь. Каро всегда говорила, что люди будут пользоваться моей добротой. Нужно было ее слушать. – Она останавливается в шаге от меня, с кинжалом в руке. Ее пальцы так крепко сжимают рукоять, что лезвие кажется продолжением ее кисти: одним острым когтем.

Слеза, потом еще одна скатываются по щеке, но я их не вытираю. Я не убивала Роана или ее мать, я не монстр, которым она меня считает, – но это не делает ее слова менее правдивыми. Они погибли из-за меня, оба. И Ина осталась один на один с Каро, которая, скорее всего, с минуты на минуту окажется здесь.

Я проглатываю речь, которую приготовила для Аммы. Будет безопаснее, если Ина поверит в ложь.

Вызванные в памяти образы Каро, Айвана, Герлингов, которые украли все кровавое железо с пояса папы, переполняют меня яростью.

– Твоя мать и Герлинги разрушили мою жизнь, – выплевываю я. Старая злость бурлит во мне, подогревая острыми словами, которые легко слетают с губ. – Они убили моего отца просто за то, что он вошел в Эверлесс. Но только после того, как заставили нас голодать вместе со всей деревней.

Она еще не научилась скрывать свои чувства. Даже сквозь слезы я их узнаю: смущение, злость, шок и снова злость.