Наследницы моря

От котла поднимается пар. Ведьма вдыхает его полной грудью. Сладкий запах цветов наполняет логово.

Через пару мгновений жар уходит, пар исчезает и шевеление воды стихает. Ведьма осмеливается прикоснуться к тому, что внутри котла – чистому концентрированному нектару рикифьора. Колдунья действует голыми руками: собирает его в ладони и подносит к губам. Она пьет нектар, а нам лишь остается наблюдать. После последнего глотка на ее лице появляется улыбка. И ведьмы словно касается что-то теплое – жизнь и сила, возобновленная во тьме.

– Теперь мы можем заключить сделку.

Чувствуя, что пришел ее момент, Эйдис плывет вперед и показывает свои сокровища. Но она не встревает, позволяя мне быть нашим голосом.

– В качестве платы за противоядие мы принесли тебе эти драгоценности – рубины Бухты Ригби, сапфиры Хаунештада, изумруды и алмазы западных стран. Ты можешь продать некоторые или просто ими любоваться, а другие носить вместе с золотом, серебром, оловом – или как тебе нравится.

Когда я замолкаю, Эйдис открывает сумку. Можно легко увидеть блестящее содержимое, сияющее даже в таком сером месте.

Ведьма наблюдает, но, кажется, не видит вспышку и красоту перед ней. Ее тон ровный и деловой. Голос звучит сильнее, чем раньше:

– Не драгоценные камни мне нужны.

– Тогда жемчужины, – говорю я и указываю на одну, что висит на золотой нити на моей шее. Мы все – включая нашу мать и сводных сестер – носим такие. Любимый подарок омы Рагн. – Мы можем легко достать большое количество жемчужин всего за пару часов.

На лице морской ведьмы мелькает отвращение.

– Точно не жемчуг.

Моя уверенность начинает давать трещины. В безопасности грудной клетки сердце запинается и дрожит.

– Я вернулась с рикифьором. Мы отказываемся заключать ту же сделку, что и наша сестра, – ты не лишишь все наше поколение голоса. Мы принесли тебе необычайно ценные вещи, которые могут купить тебе свободу после многих десятилетий заточения, – говорю я. Раздражение и усталость наполняют голос.

Морская ведьма отвечает сразу же. Интересно, всегда ли она знала, что я вернусь с сестрами, – как и знала, что я вообще вернусь.

– Я немногого прошу. Это имеет больше значения для меня, чем для вас. – Ведьма могла бы то же самое сказать про наши голоса. Это заявление меня не успокаивает.