Морская ведьма

Родители уехали из города вскоре после похорон дочери. Собрали свои вещи и титулы и переехали на Ютландию – подальше от места, где все напоминало о тяжелой утрате. Бабушка все еще живет здесь, но она потеряла рассудок от горя, не сумев перенести потерю семьи. Я иногда встречаю ее в булочной. Старушка всех зовет «Анной» – даже меня.

– Что? – интересуется Аннамэтти, перехватив мой взгляд. Мы пролезаем меж двух сросшихся деревьев, стволы которых увлажнились от сока.

Я не могу поведать ей свои мысли. Но в голове крутится несколько вопросов.

– Просто… как ты узнала, что мы ведьмы? Если бы ты не угадала, мы бы могли сдать тебя. Тебя могли бы отправить в изгнание.

Девушка уклоняется от ветки.

– Я просто почувствовала.

Как тетушка Ханса.

– Наверное, я никудышная ведьма, – отвечаю я. – Я ничего не почувствовала. Сейчас я ощущаю, как кровь волнуется в жилах. Но час назад? Нет.

Сколько же всего я не знаю о своих способностях.

– Эви, я думаю, ты отличная ведьма.

Очень мило с ее стороны.

Однако это не значит, что слова Аннамэтти – правда. Тетушка Ханса показала мне только самые простые заклинания. Я читала ее книги и книги матери и знаю: еще учиться и учиться. Увидев способности Аннамэтти, я поняла, что появилась возможность узнать больше.

– Как ты это сделала? Я имею в виду трюк с супом.

Аннамэтти пожимает плечами и, ухватившись за ствол, описывает круг – как будто водит хоровод у майского дерева[5 - Майское дерево – украшенное разноцветными ленточками дерево или высокий столб, который по традиции устанавливается во время праздников на площадях в ряде европейских стран.

Вокруг дерева обычно устраиваются хороводы и состязания.].

– Это всего лишь оживляющее заклинание, – отвечает девушка так, словно произвести впечатление на тетушку Хансу – незначительное дело.

Я чувствую укол зависти. Аннамэтти так легко, просто и со знанием дела говорит о магии. Я тоже так хочу. Я потратила несколько месяцев на изучение литературы и эксперименты, чтобы сотворить заклинание от Засухи.

И я не уверена, что оно сработало.

У меня имеются только косвенные свидетельства его эффективности, а госпожа Серафина научила меня не выдавать случайности за успех.

Еще пара шагов, и мы на белом песке пляжа, невидимого из Хаунештадской Бухты. Я всегда тут хожу, когда нужно срезать путь до Лагуны Греты. Я пытаюсь перестать волноваться, но не получается – ведь никогда не доводилось посещать лагуну при свете дня. Я окидываю взглядом пляж.