Поцелуй сумрака

Нужно прилагать больше усилий. Это мой единственный шанс остаться с сестрой.

Я кивнула в ответ. Он пристально на меня посмотрел.

– Что ж, ты не такая, как я ожидал.

Я наблюдала за уходом Большого Тома и Хэтти, отмечая встревоженные нотки в их приглушенном разговоре.

– Я бы сказала, что ты такой не один.

– Я Абель Этчли. Я бы пожал тебе руку, но… – он показал ладонь, липкую от крови и бог знает чего еще.

Я приняла вызов и, взяв его за руку, трижды пожала ее для верности.

– Верити Прюитт. Приятно познакомиться.

Его губ коснулась улыбка. Я опустилась на пол рядом с ним, и моя юбка надулась. Теленок издал жалкое мычание и распластался на сене, его шишковатые коленки торчали под странным углом.

– Не переживай о нем, я сам справлюсь, – сказал Абель. – Можешь вернуться в дом.

Мне показалось, что я заметила игривый блеск в его глазах – тот же, что и у всех, кто в душе посмеивался над моим намерением стать врачом.

– Ты бы стал так говорить парню, которого все ждали? – грубовато поинтересовалась я.

 – Со временем и опытом я буду приносить не меньше пользы, чем ты.

– Я просто пытался быть вежливым, потому что ты новенькая. Дело не в том, что ты девушка. – Он достал платок из заднего кармана и, встав, вытер ладони. Затем отметил мой потрепанный вид и беспокойные руки.

– Если будешь так переживать по любой мелочи, то сведешь себя с ума.

Его слова были как соль на рану. Я встала в полный рост и с раздражением поняла, что все равно смотрю на него снизу вверх.

Он никак не мог знать, что мой отец сумасшедший, но мой тон все равно прозвучал низко и опасно, подобно змее, что затаилась в траве:

– Нет ничего вежливого в издевках над чужим рассудком.

– Все янки такие обидчивые? – Абель наклонил голову и окинул меня оценивающим взглядом. – Я просто пошутил, не более. Слушай, нравится тебе это или нет, но мое предложение все еще в силе. Я сам позабочусь о матери и ее малыше.

– Мне не нужна твоя жалость. И, пожалуйста, не разговаривай со мной свысока.

 – Мой голос дрожал, как всегда, когда я злилась. Шумно выдохнув, я воззрилась на сарай и внезапно разозлилась от того, что теперь это – моя новая жизнь. Мое лицо стало непроницаемым. – Я здесь, чтобы работать. Не нужно со мной нянчиться.

Абель помрачнел.

– Ладно. Прости, что пытался быть дружелюбным. Больше я не повторю этой ошибки.

Я кивнула.

– Раз уж я застряла в этом месте, то отработаю свое содержание честным трудом.