Корона полуночи

Тюремщики не чинили ей препятствий, но Селене не хотелось, чтобы они подслушали ее разговор с Кальтэной.

– А я сегодня ужасно занята, – криво усмехнулась Кальтэна, упираясь головой в стену. – Приходи завтра.

Без снадобий красоты она выглядела гораздо моложе. Возможно, они с Селеной были почти одного возраста.

Селена присела на корточки, держась за решетку. Металл был обжигающе холодным.

– Что ты знаешь о Рулане Хавильяре?

– Он приезжает? – не ответив, спросила Кальтэна, устремив глаза к потолку.

– Он уже приехал и назначен королевским советником.

В темных глазах Кальтэны улавливалось безумие. Это был взгляд отчаянно уставшей, сломленной женщины.

– А почему ты спрашиваешь меня о нем?

– Хочу знать, можно ли ему доверять.

Кальтэна хрипло рассмеялась:

– Никому из нас нельзя доверять. Особенно Рулану. Я про него такое слышала, что даже тебе худо станет. Могу побиться об заклад.

– Что именно?

– А ты вытащи меня отсюда, тогда я, может, и расскажу, – ухмыльнулась Кальтэна.

Селена ответила ей такой же ухмылкой, добавив слова:

– А если я войду сейчас к тебе в камеру и найду способ развязать твой язык?

– Не надо, – испуганно прошептала Кальтэна и вжалась в стену.

Селена успела заметить, что руки узницы были в шрамах и ссадинах. Кальтэна торопливо спрятала руки под платье.

– Когда сюда является Перангтон, ночная стража закрывает глаза.

От неожиданности Селена даже закусила губу:

– Извини, я не хотела тебя пугать.

Надо будет рассказать об этом Шаолу. Сразу же, как только увидит его. Если, конечно, Перангтон не подкупил ночную стражу.

– Он все разрушил, – сказала Кальтэна, положив на колено щеку. – Даже не знаю зачем. Мог бы отправить меня домой.

Ее голос звучал отрешенно. Эту отрешенность Селена хорошо знала по Эндовьеру. Воспоминания. Боль. Страх. Если они овладеют сейчас Кальтэной, она захлопнется и никакого разговора у них не получится.

– Ты была близка с Перангтоном. Может, тебе удавалось что-то подслушать насчет его замыслов?

Вопрос был опасным, но если кто и мог на него ответить, так только Кальтэна.

Узница смотрела в пространство и молчала.

– Ну что ж, удачи тебе, – сказала Селена и встала.

Кальтэна дрожала от холода, засунув руки в рукава платья.

За попытку отравления ее нужно оставить здесь помирать от холода. Селена должна бы сейчас торжествующе улыбаться. Уж кто-кто, а Кальтэна попала сюда не по ошибке.