Королевство пепла. Союзники и противники. Боги и Врата

Дорин ничего не слышал о собирающихся в Эйлуэ военных отрядах. Как бы ни был силен Морат, воевать на два фронта всегда трудно. Если это хотя бы ненадолго отвлечет Эравана, когда Дорин будет находиться в твердыне валгского короля… Он безропотно согласился отправиться в Эйлуэ.

Дорин рассказал Маноне и Гленнис все, что знал об этом королевстве и его правителях. После падения Адарланской империи власть в Эйлуэ вернулась к родителям принцессы Нехемии и двум ее младшим братьям. Прежняя эйлуэйская армия была почти целиком уничтожена в годы адарланского владычества.

Надеяться на крепкий фронт бессмысленно. Но если бы удалось собрать хоть несколько тысяч солдат и отправить на север… Его друзья получили бы пусть и скромное, но подкрепление.

Это потом. А для начала нужно уцелеть самим.

Дорин закрыл глаза. Васта умолкла. Несколько дней подряд все свободное время она просиживала рядом с королем, выискивая малейшие изменения в его внешности. Дорин пытался менять себе цвет волос, глаз и кожи.

Никаких успехов.

Его магия прикоснулась к похищенной паучихой магии оборотня. Прежде чем убить паучиху, Дорин узнал достаточно много. Теперь требовалось убедить его магию уподобиться магии оборотня. Годилась ли для этого магия стихий, которой он владел, Дорин не знал.

«Будь тем, кем пожелаешь», – говорила ему Кирена.

Получалось, он желал быть… никем.

Но Дорин не оставлял усилий. Продолжал заглядывать вглубь себя, во все укромные уголки. Нужно побольше упражняться, тогда он овладеет искусством превращения, проникнет в Морат и найдет третий Ключ.

А затем принесет всего себя в жертву Замку и Вратам.

И тогда эта кровавая история окончится. Для Эравана и для него самого тоже.

Трон унаследует его младший брат Холлин. Однако и тот был зачат отцом, находившимся под властью валгского демона. Что перешло брату от этой твари? Дорин помнил брата капризным, грубым мальчишкой. Но был ли Холлин до конца человеком?

Дорину вспомнились детские выходки брата.

Следом вспомнилось и другое. Это ведь не Холлин убил их отца, разгромил замок, допустил гибель Сорши.

Вопрошать Дамарис он не осмелился. Сомневался, что выдержит, если меч обнажит его глубинную суть. Вместо этого Дорин вглядывался в свою магию, способную творить пламя, воду, лед и ветер.

Однако, как бы он ни старался, как бы ни представлял себя с каштановыми волосами и бледноватой веснушчатой кожей, в его облике ничего не менялось.