Королевство крыльев и руин

Караульные, все опытные воины, гвардия Тамлина, переминались с ноги на ногу. Кто-то с откровенной неприязнью смотрел на верховного правителя, кто-то уперся глазами в землю, стараясь не глядеть на унизительное наказание.

Я схватила Ласэна за руку. Жест был скорее инстинктивным, чем предназначенным для зрителей.

Ианта вышла вперед и встала, сложив руки на животе:

– Двадцать ударов. И еще один за то, чтобы Котел даровал прощение.

Караульные с ненавистью смотрели на верховную жрицу.

Тамлин встряхнул плеткой, распуская ее хвосты.

Я сделала свой ход, направив магическую силу в разум провинившегося караульного. Я не могла развязать его веревок, но развязала память и язык.

– Это она, – хрипло произнес караульный, указывая подбородком на Ианту. – Она взяла ключи.

Тамлин заморгал. Теперь все смотрели только на Ианту.

На ее лице не дрогнул ни один мускул. Ианта спокойно выслушала брошенное ей обвинение. Караульный сказал чистую правду.

Я знала: мое проявление силы во время церемонии не пройдет бесследно.

Ианта обязательно постарается взять реванш. Я тогда следила за ней весь день и вечер. Когда же я отправилась домой, Ианта поспешила в казарму, усыпила караульного и забрала у него ключи. За несколько дней их так и не хватились. Тогда верховная жрица… отдала нагам ключи, а сама устроила спектакль с предотвращением нападения.

Кому же, как не ей, было поднимать ночью тревогу и спасать нас от угрозы?

Это был бы хитрый замысел… если бы Ианта, сама того не зная, не подыграла моим замыслам.

– Зачем мне забирать ключи? – невозмутимо спросила Ианта. – Я даже не знала, где они. Я просто предупредила о нападении.

– Ты была в казарме, – твердил караульный. – Я видел тебя в ту ночь.

Он умоляюще смотрел на Тамлина. Этого фэйри страшила не боль. Будь наказание заслуженным, он бы принял и стойко выдержал двадцать плетей. Он боялся потерять честь.

– Вот уж не думала, Тамлин, что кто-то из твоих караульных может опуститься столь низко, дабы гнусной ложью спасать себя от мимолетной боли, – заявила Ианта.

Она держалась с необычайным спокойствием, вновь чувствуя себя хозяйкой положения.

Надо отдать должное Тамлину: он не торопился начинать порку и внимательно смотрел на караульного.

– Я хочу выслушать то, что скажет караульный, – заявила я, выходя вперед.

Среди караульных послышались вздохи. Кто-то смотрел на меня с откровенной жалостью.