Королевство гнева и тумана

Самой распространенной была охота. Поговорив минуты три, гости умолкали и снова пялились на меня.

– Сейчас я не засну. Не все ли равно, где мучиться час – здесь или в кровати?

Ианта была в своем привычном одеянии. Капюшон наполовину скрывал лицо. Голубой камень ее обруча то вспыхивал, то гас, ловя свет люстр.

Мы стояли возле стены, обшитой дубовыми панелями, невдалеке от дверей зала. Фэйские мужчины, фланировавшие вокруг, поглядывали на Ианту со смешанным чувством благоговения и откровенной похоти. На меня они лишь бросали недолгие взгляды.

Я знала, что это никак не связано с моим ярко-зеленым платьем, не говоря уже о внешности: на фоне Ианты я выгядела простушкой. Я вообще старалась не обращать на них внимания.

– Ну как, ты готова к завтрашней церемонии? – спросила Ианта, потягивая искристое вино. – Может, тебе нужна еще какая-то помощь?

Мое сегодняшнее платье было ее подарком. Ианта сказала, что этот оттенок зеленого – символ Двора весны. Она собственноручно няряжала меня, деликатно выпроводив Асиллу.

Удивительно, что та послушно ушла без своей привычной воркотни.

– Вполне готова, – соврала я.

Я представляла, какой жалкой трусихой окажусь в глазах Ианты, если попрошу ее и после свадьбы остаться в поместье. Меня страшило расставание с нею на несколько месяцев, в которые я останусь один на один со двором Тамлина и его придворными. Ианты здесь не будет до Нинсара – второстепенного весеннего праздника, знаменующего окончание сева на полях. В это время собирают первые цветы, которые пойдут на изготовление благовоний.

Подумать только: несколько месяцев без Ианты! И хотя ее храм не так уж и далеко от нашего поместья, мне казалось, что она уедет на другой конец Притиании.

Двое мужчин, успевших несколько раз пройти мимо, теперь решились приблизиться к нам. Вернее, не к нам – к Ианте.

Я прислонилась к стене. Шершавая деревянная поверхность царапала спину. Мужчины встали по обе стороны от Ианты. Обаятельные, что меня уже не удивляло, ибо большинство фэйских мужчин отличались привлекательной внешностью и ладными фигурами.

Оба при оружии. Скорее всего – дозорные Тамлина, несущие караул на границе. Возможно даже, когда-то они служили под началом отца Ианты.

– Приветствуем тебя, верховная жрица, – произнес один, глубоко поклонившись.

Я привыкла к тому, что окружающие целовали серебряные кольца Ианты и просили ее помолиться за них самих, их близких и возлюбленных. Ианта принимала почести как должное. В ее лице ничего не менялось.