Королевство гнева и тумана

– Между прочим, умник, нам все слышно, – произнес первый гость.

– Вторая особенность касается тех двоих придурков, думающих, будто их грубость явится ключом и откроет дверь, – продолжал Риз. – Ты вольна решать, знакомиться ли с ними сейчас или проявить благоразумие, подняться наверх и немного поспать. А то вид у тебя утомленный. Отдохнешь, переоденешься во что-нибудь более соответствующее духу этого города. А я пока вышибу дух из красавца, который позволяет себе разговаривать в подобной манере со своим верховным правителем.

Я впервые видела, чтобы глаза Ризанда так сверкали. Он показался мне… помолодевшим. Более похожим на человека. Никакого сравнения с ледяной яростью, какую я застала в его взгляде, проснувшись…

Проснувшись на том диванчике и решив, что домой больше не вернусь.

Решив, что Двор весны отныне не будет моим домом.

Я погружалась в столь знакомую мне тяжесть, стремясь пробиться к поверхности, которой, возможно, даже не существовало. Я ведь проспала столько времени, и тем не менее…

– Дай мне знать, когда они уйдут.

Всплеск веселья у Ризанда прошел. Он собирался мне что-то ответить, но из передней донесся третий голос – женский, звонкий и сердитый:

– Вы, иллирианцы, хуже кошек, которые орут, чтобы их пустили со двора в дом.

Женщина дернула ручку, убедилась, что дверь заперта, и шумно вздохнула:

– Ризанд, как это понимать? Ты не желаешь нас пускать?

Борясь с навалившейся усталостью, я пошла к лестнице. На площадке второго этажа стояли Нуала и Серридвена, хмуро поглядывая на дверь с матовым стеклом.

Наверное, я бы и Риза расцеловала за то, что он не торопился открывать дверь, а дождался, пока я пройду половину коридора с небесно-голубыми потолком и стенами.

– Добро пожаловать домой, придурок! – услышала я снизу первый голос. – Я чувствовал, что ты вернулся. Мор мне намекнула, но я…

Его снова перебил голос странной женщины:

– Ризанд, отправь своих псов поиграть во дворе.

– Мы появились здесь первыми, – напомнил ей второй. – Дожидайся своей очереди, древняя старушка.

Нуала и Серридвена, сопровождавшие меня, вздрогнули – то ли сдерживали смех, то ли испугались. Возможно, то и другое. Определенно – то и другое, поскольку нижний этаж наполнился женским рычанием, хотя я бы не сказала, что слишком уж сердитым.