Клинок убийцы (сборник)

Отныне Бухта Черепов становится надежным прибежищем для всех рабов, сумевших вырваться из когтей Адарлана.

У Рульфа разве что пар из ушей не валил. Сам он кипел от злости.

– Глупая девка! Я не стану подписывать твоей галиматьи! Или ты забыла, кто я?

– Отлично, – пожала плечами Селена.

Она слегка изменила наклон лезвия, чтобы в случае чего было легче располосовать Рульфу горло.

– В первый же день, оказавшись в твоем кабинете, я внимательно рассмотрела и запомнила твою подпись. Подделать ее – проще простого.

Селена снова полезла в карман.

– Перстенек твой я тоже позаимствовала в первый день. На всякий случай – вдруг пригодится. Как видишь, я оказалась права.

Узнав свой перстень, Рульф что-то прохрипел.

– В случае отказа я одним легким движением оборву твою жизнь, а потом вернусь в город и объявлю твоим сподвижникам, что ты пустился догонять сбежавших рабов и вернешься не раньше чем через полгода. Нет, через год. Они даже не заметят свежей могилки, которую я вырою для тебя здесь же, у самой обочины.

– Ты не посмеешь, – проскрежетал Рульф.

– Это почему? Ты видел мое лицо. За одно это я имею полное право тебя убить, чтобы ты не раскрыл моей тайны. Но ассасины не беспринципные убийцы. Я оказываю тебе милость… на моих условиях, естественно. Однако, если ты нарушишь обещания, я изменю свое решение. Знаешь, с мертвыми как-то спокойнее.

Глаза Рульфа превратились в две щелочки.

– Почему? – спросил он.

– Что «почему»?

– Почему ты решила возиться с этими рабами? Тебе других бед мало?

– Бед мне хватает.

Рульф вдруг оживился:

– Чем подписывать? Пальцем, что ли? Или кровью?

– Я же не пиратка, чтобы требовать подписи кровью.

Селена полезла в карман плаща и достала коробочку, в которой находилась наглухо закрытая медная чернильница и небольшое перо из прочного стекла. Стеклянные перья только начали входить в обиход, постепенно вытесняя собой гусиные.

– Давай подписывай.

Рульф поморщился:

– А как ты узнаешь, что я держу свое слово?

Селена убрала кинжал от его горла, чтобы лезвием откинуть пряди волос, налезавшие на глаза Рульфа.

– У меня повсюду есть надежные люди. Если я услышу, что ты продолжаешь торговать рабами, тебе от меня нигде не скрыться. Рано или поздно, но я выслежу тебя. Сегодня я дважды могла тебя убить, но пощадила.