Клинок убийцы (сборник)

– Что-о?

Буна убили? Буна, улыбчивого ассасина, который наравне с Аробинном столько лет учил ее премудростям их ремесла? Она вспомнила, как Бун заботливо лечил ее покалеченную правую руку. Он сам был правой рукой Аробинна. Ему только-только исполнилось тридцать.

– Как понимать… «убили»? – спросила Селена, с трудом ворочая языком.

Она поймала полный скорби мимолетный взгляд Аробинна, и сейчас же его лицо снова приняло бесстрастное выражение. Для него потеря Буна была еще тяжелее, чем для каждого из них. Аробинн был пятью годами старше Буна, но они вместе росли, вместе совершенствовались в ремесле ассасинов.

Селена ждала ответа.

– На это задание я отправлял Регора, – тихо произнес Аробинн. – Сам не знаю, чего Буна потянуло туда. И кто его предал, тоже пока не знаю. Его нашли возле ворот замка.

– Так тело Буна у нас?

Она должна его увидеть.

– Я спрашиваю: его тело у нас?

– Нет.

– Почему, черт побери? – почти закричала Селена, сжимая кулаки.

– Да потому, что вокруг кишели королевские гвардейцы и солдаты! – выпалил Саэм, и Селена резко повернулась к нему. – Как, по-твоему, мы узнали об этом?

Так, значит, Аробинн посылал Саэма разведать, куда запропастились Регор и Бун?

– Если бы мы забрали его тело, – продолжил Саэм, выдерживая яростный взгляд Селены, – мы бы привели королевских ищеек прямиком к Башне.

– Вы же ассасины, – прорычала Селена. – Настоящие ассасины умеют незаметно унести тело убитого товарища.

– Это сейчас ты такая смелая. Тебя бы туда, вмиг бы поубавила прыть.

Селена вскочила, опрокинув кресло:

– Я жалею, что меня там не было. Я бы поубивала всех, кто мне мешает, но не бросила бы Буна валяться возле этих поганых ворот!

Она стукнула кулаком по столу, заставив дребезжать пустые бокалы.

Саэм быстро поднялся. Правая рука легла на эфес меча.

– Остынь, Селена! Раскомандовалась, словно гильдия подчиняется тебе.

– Довольно! – произнес Аробинн, вставая.

Селена и Саэм не шевельнулись. Остальные ассасины молча сжимали мечи. Селена не впервые видела стычки внутри Башни. Когда такое случалось, оружие служило не только для собственной защиты, но и чтобы уберечь не в меру горячих ассасинов от взаимных увечий.