Дом Неба и Дыхания

Тарион умоляюще посмотрел на нее:

– Одно из двух: или Ренастов буду искать я, или Речная Королева поручит поиски кому-то другому, кто не отличается… независимым мышлением. Уж лучше я найду Эмиля.

– Почему мы вообще говорим о мятежниках в нашем городе? – взорвался Итан. – О том, что Даника тоже была мятежницей? Это слишком серьезное заявление, – со злобным рычанием добавил он.

– Между Зофи и Даникой велась переписка. Обе писали нарочито туманным языком. В письмах был намек на безопасное укрытие в Лунатионе.

Место, «где усталые души обретают покой после их страданий». Сдается мне, что речь шла о Костяном Квартале, хотя вряд ли Даника была настолько легкомысленна, чтобы отправить Зофи туда. И я ничего не утверждаю. Я перечисляю факты.

Итан молча покачал головой. Хант снова заговорил:

– Тарион, это смертельно опасная игра, в которую я больше не хочу играть.

Брайс могла поклясться, что у него слегка дрожат руки. Слова Тариона подняли из глубин самые худшие воспоминания и страхи ангела.

Когда-то он сам был мятежником. Это стоило ему двухсот лет рабства.

Да, день сегодня выдался длинный и на редкость странный. Брайс еще не успела рассказать Ханту о визите Кормака в Фэйский архив.

Но позволить, чтобы за мальчишкой охотилось столько разношерстного двуногого дерьма… Ни в коем случае.

– Завтра я могу спросить у Фьюри, знает ли она что-нибудь о знакомстве Даники с Зофи. Может, она подскажет, о каком месте шла речь в письмах.

– Позвони ей сейчас, – с необычайной серьезностью попросил Тарион.

– Сегодня среда, а по средам у них с Юниперой всегда романтические вечера.

Брайс говорила полуправду. Должно быть, Хант догадался: она это делала ради него, поскольку он нежно коснулся крылом ее плеча.

– Так прерви их романтический вечер, – потребовал Тарион.

– Ты не знаешь, кто такая Фьюри Акстар? – Брайс взмахнула рукой. – Я позвоню ей завтра утром. После вечеров с Юной она всегда бывает в более благодушном настроении.

Тарион посмотрел на нее с Хантом, затем на Рунна и Итана, молча следивших за ним.

Сокрушенно вздохнув, русал полез во внутренний карман куртки и достал пачку сложенных пополам листов:

– Это часть их переписки.

Он протянул пачку Брайс и снова пошел к двери. Возле Сиринкса Тарион присел на корточки и погладил химера по голове и толстой шее. Потом поправил ошейник. Благодарный Сиринкс облизал ему руку.

– Приятная зверюшка. – Тарион открыл входную дверь. – Не делайте никаких записей.