Утреннее сияние

Если бы я могла вести себя так же свободно!

– Видите ли, мой муж не выносит путешествовать по воде, – объяснила я. – Его укачивает.

– И тем не менее он продолжает жить в плавучем домике?

– Если судно находится на закрытом участке воды, то с ним все в порядке, но при волнении в открытом море он всегда плохо себя чувствует.

– Что ж, давайте представим, что вы можете путешествовать совершенно свободно и направить судно, куда хотите. Куда бы вы поплыли?

Я на минуту задумалась, а потом улыбнулась.

– На остров Каталина, конечно.

Было очевидно, что Колин весьма удивлен моим выбором.

– Почему именно туда?

Я допила последний глоток вина, и он снова наполнил бокал.

– Это звучит так романтично. Есть такая песенка, помните?

– «Двадцать шесть миль через моря, там Санта-Каталина ждет меня. Санта-Каталина – это остров любви»[7 - Слова из песни «Twenty six Miles Across the Sea» (англ.). (Прим. ред.)]… Вы это имеете в виду?

– Конечно, – я мечтательно улыбнулась. – Во всяком случае, мне так хотелось отправиться туда во время медового месяца, но Декс предпочел провести время в Мексике.

– Ну, Мексика тоже звучит неплохо, – сказал Колин. – Я путешествовал по всему Тихоокеанскому побережью. А теперь мне хотелось бы отправиться к Нижнюю Калифорнию.

– Правда? – спросила я, весьма заинтригованная. – А где бы вы закончили свое путешествие?

Улыбка внезапно исчезла с лица моего собеседника, и я испугалась, не ступила ли случайно на запретную территорию, но он пожал плечами и просто ответил:

– Терпеть не могу задерживаться на одном месте слишком долго.

Мне безумно хотелось расспросить его о прошлом, но мое внимание снова переключилось на происходящее в доме, потому что оттуда снова донесся оглушительный взрыв смеха.

– Кажется, они там весело проводят время, – произнес Колин, указывая на заднюю палубу.

Я кивнула в знак согласия.

– А вы будете плавать на своей лодке? Я имею в виду, когда вы ее закончите, и до того, как заказчик ее заберет? – Я была смущена, говорила подозрительно быстро, как обычно, когда нервничаю.

Какое-то время Колин внимательно смотрел мне в глаза. Солнце уже опустилось за горизонт, и я с трудом различала выражение его лица – лишь глаза, большие и яркие, в которых сквозило неподдельное любопытство.