Ты, я и он

Послышался обреченный вздох. – Ну, хорошо. Ты можешь не приезжать. Но когда приедешь утром, увидишь меня на газоне, замерзшего и больного. И тебе придется лечить меня, потому что сам я лекарства пить не стану.

– Не понимаю, почему вы оказались на газоне? – я постаралась не обращать внимания на его слишком непосредственное поведение. Удивительно, как легко у него получаются манипуляции, словно я его вещь!

– Это долгая история. Признаться, честно, я и сам не понял, как все произошло. – Голос Стаса помрачнел, – В общем, жду.

Об сбросил вызов, прежде чем я успела отреагировать. Что значит – жду? Это шутка? Этот мерзавец, серьезно думает, что я сейчас все брошу, оставлю спящего мужа дома и уеду? Интересно, что мне скажет Женька? Кажется, я начинаю немного понимать, что означают слова Михаила про безумные идеи. Вот только он не предупредил, что идеи дорогого сынка связаны с грандиозными попойками.

И все же, я нервничала. Я просто не могу не нервничать в такой ситуации. Что, если он на самом деле лежит один во дворе? Но какое мне до этого дело? Хорошо, черт с ним, я поеду!

Второпях я накарябала записку, на случай, если Женька проснется.

Чертов газон

Ворота были приоткрыты. Чего и следовало ожидать. Дорожка к самому дому освещалась фонарями, но я прямым ходом направилась к беседке – Стас сидел внутри.

– В чем дело? Почему вы вытащили меня из дома в такое время?

– Алиса, ты все-таки приехала, несмотря на мою грубость.

Только сейчас до меня дошло, что он сидит без коляски, прямо на лавочке.

– Я не поняла, что вообще происходит? Вы меня обманули, прикидывались инвалидом? – Я не могла поверить в происходящее. – Ради чего, ради веселья?

– Что за ерунду ты несешь? – Стас нахмурился. – Вот значит, кем ты меня считаешь: инвалидом! Весело, ничего не скажешь. Что касается коляски – я просто не могу ее достать.

Я уставилась на него, пытаясь сообразить, что он мелет. Ползти по асфальту – это уж слишком.

– Так ваши друзья в доме?

– Ну, конечно. Где им еще быть? – Стас улыбнулся, на мгновение я увидела, как блеснули в темноте зубы. – Они, скорее всего, спят. Я пытался дозвониться, но бесполезно. А ночевать на улице как-то не хочется.