Шествие тех, кому нечего ждать…

В тот день тоже произошла какая – то непонятная дичь. Осталось только вспомнить когда же это было.

– Погодите – ка, – подумал Валера, – кажется вспомнил…

Эта ситуация напомнила ему о вчерашнем дне. Кажется мозг специально забыл ту историю, чтобы не портить рассудок Валеры. Удивительно, насколько человеческое сознание может быть гибким. Буквально пятнадцать часов назад, в жизни Валеры случилось то, что должно было перевернуть его парадигму с ног на голову. А сегодня он сидит возле костерка, как ни в чем ни бывало, и если бы не абсурдная ситуация с Сухарем, то он так бы и не вспомнил вчерашний беспредел.

Зрачки студента сузились. Волосы на голове стали дыбом. Сердце стало биться быстрее, а дыхание замедлилось.

– Пацаны, – прошептал Валера, – можете объяснить что вчера произошло…

– А что не так? – не понял Шмель.

Валера одарил плотного юношу в очках непонимающим, и испуганным одновременно взглядом. Затем, набрав в грудь побольше воздуха, он начал :

– Почему нас эвакуировали, что за твари были в подвале, что вообще происходит!?

Пацаны переглянулись между собой.

– Ты что, – удивился Дальнобой, – не знаешь что за время пришло?

– Нет!

Дальнобойщик почесал затылок, и начал рассказывать:

– В двух словах, – начал он, – столы перевернулись.

– Как понять перевернулись? – не понял Валера.

– Не перебивай. Представь, что ты маленькая глубоководная рыбка, которая живет в бездне океана, где ни черта не видно.

– Представил, – сказал Валера.

– Так вот, это твоя обычная жизнь. Но, вчера тебя вытащили на сушу, где ты можешь увидеть леса, горы, солнце, закаты и так далее.

– Я ни хрена не понял, – высказался студент.

– Ну, ясное дело. Если выловить рыбу – удильщика, и показать ей поверхность, то она тоже ничего не поймёт.

– А можешь объяснить без метафор? – отрезал Валера

– Проблема в том, – продолжил Дальнобой, – что без метафор я объяснить не смогу.

– То есть ты сам не знаешь что происходит!? – ахнул студент

Было утро, но пения птиц слышно не было. Наверное это из – за того, что деревья полностью отсутствовали. Солнце освещало пшеничное поле, которое было больше похоже на чистое золото, чем на пшеницу.