Виктория для чемпиона

И вот тогда она мне объяснила, кто такой Сенсей и что мне нужно для того, чтобы получить право хотя бы с ним здороваться, а не то что мороженое в кафе трескать, как я посмела сделать. Но ведь в то кафе не я его пригласила, а он меня.

Но прозрела я не после этого, а позже. Когда он поставил меня на одну ступень с девицами из своего чата и дозволил прийти к нему ночевать, чтобы сделать ему утренний…

Уф, даже вспоминать не хочу!

Интересно, он свой бордель распустил или по-прежнему содержит? Та Каролина даже очень в его вкусе.

Но я не проверяю. Убеждаю себя, что это не моё дело, а лишний негатив помешает плодотворному сотрудничеству.

Накануне поездки ложусь спать пораньше, потому что понятия не имею, что меня ждёт, сколько лететь и где пересадки – Сенсей все держит в секрете и сообщает только, что заедет за мной в шесть утра. Мне лучше выспаться и быть готовой ко всему.

Глава 4

– Куда мы хотя бы летим? – спрашиваю, когда, наконец, вижу Сенсея.

Это происходит в частном самолёте, до которого я добираюсь с водителем.

До этого мы не встречаемся и только перебрасываемся краткими сообщениями по делу. Арбатов, зараза, нагоняет столько таинственности, что я начинаю подозревать, будто он меня в рабство продать планирует. Или на органы.

– В Кирибати. На остров Тарава – там у нас пересадка.

Я это предполагала.

– А лететь сколько?

– Примерно девять часов.

Ужас! Но я и это знаю, читала – лететь на тихоокеанский остров долго. Просто в душе до последнего надеюсь на чудо.

Вдруг эти частные самолёты быстрее обычных? Ну мало ли? Я ненавижу этот способ передвижения и страдаю аэрофобией.

Так. Не думать об этом, не думать! Лучше о другом.

На девять чесов перелёта стоит закинуться снотворным. Я лёгкое купила. Из тех, что в аптеке без рецепта. Достаю из сумки блистер, забрасываю две таблетки в рот и запиваю минеральной водой прямо из бутылки.

– Что это ты делаешь? – спрашивает Сенсей, будто никогда не видел, как люди колесами закидываются.

– Собираюсь проспать весь перелет, – сообщаю как само собой разумеющееся.

 – А ты хотел, чтобы я тебя развлекала? Прости. Надо было брать с собой Каролину.

Я заглядываю за кресло в поисках механизма, который его разложит – мечтаю уснуть ещё до взлёта.

Арсений смотрит насмешливо:

– Ревнуешь, что ли? – спрашивает с противной улыбкой.

Но я ответить не успеваю – подходит бортпроводница:

– Я могу вам помочь? – заботливо интересуется.

Боится, наверное, что я сломаю что-нибудь.