Хозяйка сердца звёздного капитана

Платон заснул, и я вышла в холл, чтобы оставшееся время потратить на хождение из угла в угол и попытаться привести мысли в порядок.

Захар пришёл минут двадцать спустя. Уставший, но довольный, а ещё немножечко виноватый. Видимо, гном ему передал наш разговор, и Звягинцев переживал из-за того, что я узнала о его семье.

Рваться грудью на амбразуры я не спешила, поэтому застыла молча на месте и пристально уставилась на бывшего мужа – Захар, естественно, стушевался под моим взглядом ещё сильнее.

– Плюх, ну ты не переживай из-за этого, уладим, – пробормотал он басом.

– Как ты это себе представляешь? – строго спросила я. Не стала прикидываться, что не понимаю, о чём он. – А твоя жена и дети знают, за кем ты полетел?

Бывший муж – да-да, теперь уже точно бывший – отвёл виноватый взгляд и взялся пальцами за подбородок, потёр его и вздохнул:

– Нет, не знают, но Лада поймёт.

– Сахар! – а вот это уже его детское прозвище. Да, мы такие: Сахар и Плюшка. – Не говори глупостей! Никто такого не поймёт.

Недовольства я не скрывала и опять принялась ходить по холлу, обхватив себя за плечи.

– В смысле наделал? – возмутился Захар. – Ты что, не рада? Плюх, я не понял, а как же наш сын? Он ведь должен расти с отцом!

Я остановилась, как вкопанная. Пора с этим кончать.

Даже за прошедшие несколько минут разговора я поняла, что Захар остался прежним Сахарком, а отмороженным головорезом за эти годы не стал, поэтому решила быть с ним по мере возможности честной.

– Тошка – не твой сын, Захар. Он приёмный, – сообщила я бывшему мужу. – Я усыновила его спустя три года после твоей гибели, это ведь должно было быть в моём личном деле, – старалась говорить ласково, успокаивающим голосом, прямо как психотерапевты.

Захар посмотрел на меня, как показалось, с облегчением, а потом потёр лицо большими ладонями.

– Да? Я просто как вас увидел в базе данных, так больше ничего и не читал… Но, Плюша, ты не беспокойся, я всё равно вам помогу и позабочусь…

А вот этого не надо!

– Дорогой мой, родной! – взмолилась я, не кривя душой, наделяя бывшего эпитетами. Ведь именно таким я Захара и считала. Он мне как брат, мы знакомы с раннего детства, можно сказать, что бывший муж – мой единственный земной родственник, поэтому говорила я вполне искренне.