Не великий: Убийца великанов

С одной стороны, это какое-то читерство, я ведь могу, по сути, превратить всю это фэнтезятину в какой-нибудь паропанк. А с другой… я мало чего знаю. Ну, по крайней мере самолет я хрен соберу, это точно. А вот, например, пароход… или простое ружье… О! Точно! Начнем с чего попроще. А и да, беру инженерию.

Поздравляем! Получен новый особый навык: Инженерия.

– Хе-хе-хе… Берегитесь, ублюдки, скоро прогресс обрушиться на ваши головы, хе-хе-хе. – Злобно хихикая, я начал потирать свои ручонки, и тут же сморщился от боли.

Все-таки и правда выжил я каким-то чудом, а тело не уставало мне об этом напоминать. Ну ничего, чтобы зря не тратить время, валяясь в постели, я начну потихоньку думать над обвесами, которые должны мне упростить жизнь. И начну с главного.

– Амина! – громко позвал я, а потом заскулил: – Сука, да че ж больно-то так?!

– Звал, Рики? – Уже через пару секунд дверь в комнату распахнулась так, что чуть с петель не слетела, а в комнату ворвалась обеспокоенная девушка.

Пожалуй, даже слишком обеспокоенная… – Тебе плохо? Где болит? Фредди позвать?

– Да везде болит… – пробубнил я, – но не это главное. Амина, у тебя есть на чем можно… эмм, рисовать? И чем?

– А… Э… да, но… – Она явно была в ступоре.

– Отлично! Не могла бы ты мне принести и то и другое, пожалуйста? И если возможно, то белую бумагу и уголек какой-нибудь, а не перо. – Потому что я хрен че им накарябаю, а уголек – тот же мелок, им будет проще.

– Да, у отца в столе есть бумага. Но зачем тебе?..

– Амина, это очень важно! А, и скажи Фредди, чтобы дал какое-нибудь обезболивающие, но только чтобы меня не вырубало. Я надеюсь на тебя! – громко сказал я последние слова, пресекая всякую возможность что-либо спросить или возразить.

– Поняла! Скоро буду! – И девушка убежала исполнять мое поручение. А я уже начал продумывать в голове, как будет выглядеть моя новая вундервафля. Ну, вундервафля для этого мира, конечно же.

Глава 8

Диковинка

Последние три дня я только и делал, что лежал на кровати, так как ходить еще был не в состоянии. Амина все эти три дня ухаживала за мной, а я в этот момент выкидывал один лист бумаги за другим. Все время у меня вместо внятного чертежа получались какие-то детские каракули, все они были какие-то кривые и непонятные. Возможно, дело было в том, что тело меня пока плохо слушалось.