Хозяйка таверны «ГастроГном»

Ах, вон оно что! Но разве это повод отказываться от волшебства?

– Нотариус сказал, что я имею право на получение этого кольца от деда. Правда, не знаю, что с кольцом и где мой отец… – задумчиво протянула, а потом сконцентрировалась на главном: – И как мне получить всё причитающееся по праву рождения?

– У Владыки. Надо ехать в столицу, к нему на аудиенцию. Сочтёт лояльной – всё отдаст, а не сочтёт… Ну ты помнишь, что стало с твоим дедом. Владыка знает толк в подобных вещах.

Как бы Юк меня ни запугивал, но вот на этих его словах мой внутренний голос с уверенностью заявил: капитану именно это и надо! Чтобы я отправилась в столицу и встретилась с Владыкой.

Я этот вопрос задавать не стала. Похоже, дело серьёзное, и честного ответа в этот раз я не добьюсь. К тому же мы приехали, а я ещё через окно коляски разглядела странное: дверь таверны была распахнута настежь, ксендз руководил разгрузкой грузовой коляски – орки заносили в таверну какие-то ящики, а граф прыгал вокруг преподобного и что-то втолковывал, размахивая руками.

Глава 11

Двое моих постояльцев были так заняты спором, что нас даже не заметили и скрылись за дверью таверны, ни разу не взглянув в сторону двойной повозки. Конечно же, мне стало очень интересно, о чем они говорили, и я поспешила спрыгнуть на дорогу, чтобы успеть подслушать. Капитану наверняка тоже было интересно, но так как я рванула к «ГастроГном», он был вынужден остаться, чтобы организовывать разгрузку.

– …Преподобный, ещё раз вам говорю, что это невозможно! Перекрестье будет только через полтора месяца. Нас с Арникой к этому времени уже в таверне не должно быть, – чётко расслышала я слова графа и нахмурилась.

Торчать в Розе полтора месяца я не собиралась – тут сладкий блондинчик прав. Но откуда он знает мое полное имя и что значит «нас с Арникой»? Загадка. Только я навострила уши, как…

– Доброе утро, дочь моя, – раздалось приветливое.

Ксендз каким-то образом меня учуял и, проигнорировав графа, беспощадно разоблачил моё возвращение.

А жаль. Могла бы ещё что-то интересное услышать, притаившись за косяком.

– Доброе, преподобный, и вам доброе, граф, – пришлось выходить и мило улыбаться. – Что это за ящики? О чем так громко беседуете?

– Доброго утра, прекрасная леди Ника! – тут же откликнулся дас Ригано и расплылся в широкой улыбке. – Прошу прощения за то, что придётся вас огорчить.