Хозяйка таверны «ГастроГном»

А если мы не желаем вступать в наследство? Может, моя внучка подписать бумаги на передачу денег и таверны бухте?

Не то чтобы я все понимала и мечтала вступить в наследство, но меня покоробило, что такие вещи решаются без меня.

– Не думаю, что город примет наследство опального лорда в дар, ведь на таверне «ГастроГном» сейчас лежит печать позора и особый налог. А вот если наследница подаст прошение и снимет с заведения его незавидный статус, то примут с дорогой душой. Но в этом случае лучше таверну продать.

Зачем пропадать добру?

– Всё это можно сделать удалённо? – задала бабуля самый важный вопрос.

– К сожалению, нет. Только на месте. И лучше поспешить. Время сбора налогов не за горами, а вы знаете, как работают приставы его Владычества. Они вас и здесь найдут…

Неприятные колкие мурашки промчались по моему позвоночнику прямиком к пятой точке, сигнализируя, что дело – дрянь.

Но я вежливо спросила:

– Простите, а кто такая Арника Камалья дас Летто?

Догадки у меня и у самой имелись – слишком уж созвучно это имя перекликалось с Никой Летней – именно так меня зовут все двадцать пять лет моей жизни.

Но хотелось официальных разъяснений. В первую очередь – от родных женщин, которые сейчас отводили от меня глаза, делая вид, что вопроса не расслышали.

– Вы не сообщили наследнице кто она и откуда? – не дал им уйти от ответа нотариус.

В голосе его мне послышалось осуждение, и я была с ним согласна! Как можно было утаивать от меня столько лет, что на самом деле имя моё не гордая Победа, а какая-то там Овца? Ведь Арника – это баранья трава.

– Мы не планировали возвращаться… – как-то вяло возмутилась бабуля. – Моя внучка прекрасно жила и без этих знаний.

– Бабуля, я жду, – я начинала закипать.

Я прекрасно знала, как она умеет уходить от неудобных вопросов, но сегодня ей этого позволять не собиралась.

– Ника, доченька, ты, главное, не волнуйся, – взяла на себя ответственность мама. Она подошла ко мне и, взяв за руку, заглянула в глаза.

 – Так вышло, что мы родом не из этого мира. Нам пришлось сбежать, когда ты ещё не родилась, потому что твой дед и отец оказались замешаны в заговоре против Владыки. И все было хорошо… Нам тут нравилось… домой мы не собирались… Поэтому тебе ничего не рассказывали. Кто же знал, что так выйдет?

Она мямлила и заикалась, а я всё сильнее злилась.

– Вам ли не знать, леди Лаванда, что все тайное становится явным? Таков закон бытия, – проворчал нотариус.