Хозяйка таверны «ГастроГном»

Это уже стало совсем не смешно!

Неужели «ГастроГном» такое популярное место, что я всю таверну заселила всего за два часа после вступления в наследство?!

Распахнула дверь, от раздражения забыв об осторожности.

А за ней опять стоял мужчина! Опять молодой, опять симпатичный и прилично одетый!

Это заговор?

Я пригляделась. Одет он был, конечно, прилично, но не как предыдущий, а как какой-нибудь пастор – в длинную чёрную рясу и симпатичную красную шапочку.

Вот это у дедули притон! Даже священники захаживают! Я с трудом подобрала челюсть, чтобы спросить:

– Какими судьбами, падре?

– Ксендз, дитя моё, – ответил мне мужчина, который, навскидку, всего на пару лет старше меня, и подмигнул, просачиваясь в зал.

За моей спиной послышался шумный вдох аристократа – приход нового гостя его явно не оставил равнодушным. Хотелось обернуться, дать ему пять и крикнуть: «Да-да, я тоже в шоке от своей бешеной популярности!», но я ещё не совсем с катушек съехала.

Но это все истерическая лирика. Хотелось знать, что все-таки происходит? Что за паломничество такое? Я же не идиотка, чтобы верить в подобные случайности.

– Таверна не работает, – завела я уже заезженную пластинку, – у меня нет ни еды, ни белья.

– Это нестрашно, дитя. Старцы учат воздержанию и аскезе, – ответил ксендз с неизменной улыбкой.

– А беру я за постой золотом и ничем другим, – продолжила отговаривать, уже закипая от злости.

– Возможно, нам действительно стоит уйти, преподобный, – вдруг проявил удивительную догадливость аристократ.

Но в последние дни удача совсем меня разлюбила. Раздались тяжёлые шаги на лестнице, и в зал спустился пират.

– Что происходит? – рявкнул он и посмотрел внимательно на гостей.

Я тоже посмотрела. Пристально. На всех троих по очереди. В другой ситуации я бы пару раз взвизгнула от восторга, явись ко мне такие гости.

Капитан – длинноволосый, смуглый брюнет. Светлые глаза контрастируют с кожей и выглядят мистически-притягательно. Волосы – чистый шёлк и даже в тусклом свете блестят, будто их укладочным средством побрызгали. А лицо такое волевое и мужественное, что даже серьги, бусы и браслеты не делают капитана похожим на фрика. Рост, фигура – вообще молчу.