Распад. Новое солнце

Таков наш грех, неотделимый от человеческой природы. Но если порок способен одновременно и приносить пользу ближнему, разве это плохо?

– Да? Тогда скажи мне, священник, может ли убийство быть благородным поступком?

– Никогда!

Рим почувствовал, как Кат улыбнулся за его спиной.

– А если это совершено ради спасения жизни? Разве это не высшее проявление жертвенности? Убийца-поневоле обрекает свою душу на вечные муки, но наказывает преступника, а главное, спасает невинного.

– И сам становится преступником, – возмутился Рим.

– Считаешь? Разве не лучше, чтобы жил праведник, нежели чем грешник, который продолжит творить зло?

– Нет, Катрапс, – Патер вспылил и развернулся. – Зло есть зло, как бы ты ни пытался его оправдать. Существуют границы, которые никогда нельзя пересекать. Даже ради благой цели!

На секунду их глаза встретились.

– Не называй меня полным именем, старик.

На этом их разговор закончился, а тишину прерывало лишь шмыганье носа Ката.

Через двадцать минут священник услышал топот по лестнице. Дети ворвались в столовую со смехом, согрев сердце старика.

– Ягли, садись сюда.

– Нет, он сядет рядом со мной.

– Так нечестно!

Маленькие сорванцы не давали гостю покоя, и Рим решил прийти ему на выручку.

– Прекратите немедленно, – вмешался он, но выбрал слишком добродушный тон, поэтому его проигнорировали.

– Делайте, что вам говорят, – крикнул Кат, и только после этого дети начали нехотя рассаживаться по местам.

– Садись, не стесняйся, – Рим кивнул Ягли, который явно чувствовал себя не в своей тарелке. Новая одежда подошла ему идеально, но его заметно тревожило отсутствие длинных рукавов, – металлическая рука притягивала слишком много любопытных глаз.

«Значит, бывший солдат», – подумал Рим и решил, что позже отдаст ему один из своих темных плащей.

Наконец-то все расположились за столом, и наступила очередь для молитвы.

– Отче, – произнес священник, – мы благодарим тебя за эту еду, за неожиданного, но желанного гостя, за наше благополучие в суровое время. – Он не мог не заметить, как искривилось лицо Ката. – Молим, чтобы сия пища дала нам сил помочь нашим ближним и нести твое благословение дальше. Да будет так!

– Да будет так, – хором ответили собравшиеся и прильнули к тарелкам.

– Не деликатес, но хотя бы питательно, – обратился к Ягли Рим.