Эту связь не разорвать. Часть 3. Продолжая свой путь

Северянин – молодой коренастый мужчина с русыми волосами, заплетёнными в косу, со щетиной на лице, сверкающими холодными серыми глазами, одетый в кожу, обшитую шкурами, и с широким мечом в руке, не сумел промолчать в ответ на оскорбления второго гостя и набросился на него, завязывая поединок. Его обидчиком был представитель горячих южных кровей – молодой мужчина среднего роста с тёмными вьющимися волосами и колючим взглядом зелёных глаз на фоне слегка загорелого лица. Его меч дерзко встретил и остановил нападение неприятеля.

Вошедший в приёмную залу Уилбер Тэйн, увидев такую картину, развёл руки в стороны, не подходя и не прикасаясь к дерущимся гостям, и те отскочили в разные стороны, ощутив, как их оттолкнула друг от друга невидимая сила. Обвинять столь знатного королевского рыцаря они не могли, поэтому приутихли, восстанавливая дыхание, и почтительно поклонились, ожидая, когда Уилбер обратится к ним.

– Рассказывайте, гости дорогие, что тут у вас приключилось! – спокойно заговорил Уил.

Гонцы одновременно протянули свёрнутые послания. Рыцарь бережно развернул и прочёл одно, затем второе, он не произнёс, пока читал, ни слова, но выражение его мужественного лица, обрамлённого волнами поседевших волос, трижды изменилось от тревожного к удивлённому, затем к серьёзному и задумчивому.

– Это всё они! – процедил сквозь зубы посол из соседнего королевства, гневно раздувая ноздри и указывая пальцем на другого посла, – это было самое подлое нападение!

– Вы оба заблуждаетесь! – он протянул им письма друг друга.

Те замолчали, читая написанное, затем в замешательстве переглянулись.

– Так что умерьте свой пыл, господа! – продолжал Тэйн, расправив на сильных плечах в белой рубашке края красного рыцарского плаща, откинутого поспешно за спину, – приберегите его для сражения с нашим общим врагом. Вот вы, – благородные голубые глаза обратились в сторону посланника с юга, – по дороге сюда, когда вы проезжали мимо поселений у границы, вы не заметили ничего необычного?

– Да, я заметил отсутствие присущих деревенских звуков, обычной оживлённости, хоть и ехал днём, – ответил присмиревший южанин.

– Я постараюсь объяснить вам! – на сей раз он говорил уже обоим гонцам.

Образовалась ожидающая его слов тишина, отражающая треск факелов, отсвет огней в зеркалах и позолоченных украшений приёмной, и затаившееся дыхание находившихся там посланников и двоих стражников.