Любовь жива

Ледяные когти вонзились в ее сердце. Он сделает это. Джиллиан получала зарплату за свои статьи, она могла продать этот дом, доставшийся ей от бабушки, и потратить отложенные на черный день средства, но это ей не поможет. Миллионы Макса решат вопрос в его пользу.

Он достал из кармана телефон:

– Я звоню своим адвокатам. Тебе решать, что мне им сказать – чтобы готовились начать дело или составили брачный договор и отправили его факсом, чтобы мы подписали его до приземления в Вегасе.

Джиллиан смотрела на него, и он не отводил взгляда.

– Ты знаешь, что я выберу.

Макс улыбнулся, блеснули белые зубы и холодные голубые глаза.

– Тогда собирайся, пока я звоню. Выходим через десять минут и не вернемся до завтра.

– Нет, не выходим.

Его палец замер над кнопкой вызова.

– Уже передумала?

– Нет, я показываю тебе, почему ты не хотел и не хочешь детей. Десяти минут не хватит. Мне нужно не просто покидать вещи в сумку, я должна собрать еду для Этана, его любимую музыку, книги, одежду и одеяло.

– Даю полчаса. Мы купим все, что нужно.

– Мы не купим его любимое одеяло.

– Поэтому я даю тебе полчаса, а не десять минут. – Он нажал на кнопку и поднес телефон к уху. – Тристан. – Он улыбнулся чему-то, что ему сказали, и бросил взгляд на Джиллиан. – Да, это важно.

Его голос долетал до нее, пока она поднималась наверх как сомнамбула. Этого не может быть. Как во сне она приняла душ, оделась и собрала вещи.

Макс ничего не сказал, когда спустя сорок пять минут Джиллиан вернулась. Она стояла на пороге детской с сумками и смотрела, как Макс и Этан играют в железную дорогу, полностью изменившую свой маршрут, так как колею теперь атаковали динозавры.

Макс окинул ее взглядом с головы до ног, но даже не посмотрел на часы – то ли потому, что не хотел ссориться с ней при Этане, то ли действительно потерял счет времени.

– Папочка, – сказал Этан, – смотри.

Глаза Макса широко распахнулись, когда он посмотрел на мальчика.

Джиллиан разделяла его изумление. Ее сын назвал его папочкой, как будто это было совершенно нормально, но это слово перевернуло ее мир с ног на голову, и она знала, что Макс чувствует то же самое. Он говорил, что не хочет детей, а теперь маленький мальчик обращается к нему как к своему отцу, уже что-то требует от него. Возможно, он еще откажется от своих намерений. Джиллиан затаила дыхание.