Высшая справедливость. Роман-трилогия

И вот сейчас эта сцена – обрисованная в нескольких предложениях, но ужасающе ярко и отчетливо – предстала глазами убийцы – только в уже совсем ином ракурсе…

– …Секс с ней, – вновь заговорил Стивен, – всегда был невероятным, неистовым… Ни на что не похожим! Это было сатанинское безумие! Иногда мне казалось, что она обладает каким-то магическим секретом или что-то перед этим подмешивает мне в еду или питье. У меня даже были косвенные свидетельства этого.

– Ты… уверен? – насторожился Брендон.

– Мне так казалось… Нет, – покачал головой Стив, – сейчас я не могу точно сказать.

– Могла она это сделать в тот день? Кажется… кажется, вы что-то пили с ней тогда… кофе?

– Да… да, кофе.

– Стив… – Брендон вдруг вскочил как ужаленный. – Стив! Я же знал, что так оно и было! Я знал! Да, именно так! Несомненно!

Стивен тяжело посмотрел на него:

– Не дури, Брендон. Я понимаю, о чем ты… Но я сделал то, что сделал. Что хотел сделать!

Брендон не слушал и продолжал восклицать, расхаживая по комнате:

– Я был прав! Я с самого начала понял, в чем суть дела! Для меня теперь важно то, что…

– Так, Бренд, сядь! – оборвал его Стивен.

Брендон сразу остановился:

– Не волнуйся – я не побегу сию минуту доказывать твою невиновность. Это теперь будет очень непросто! Почему ты раньше не дал мне такой возможности?

– Не делай из меня ангела, Брендон. Я хотел этого. И я не раскаиваюсь. Если вернуть время вспять, я убью ее снова!

– Не понимаю только: зачем тебе этот статус убийцы? – продолжал Брендон.

Стив сверкнул глазами:

– Я таков, каков я есть! Нож в руку мне никто не вкладывал! – Он с силой стукнул кулаком по тумбочке, так что отозвалось оконное стекло.

Опять наступила тишина. Стивен сидел, обхватив голову руками, Брендон, уже привыкший к внезапным вспышкам его гнева, стоял напротив.

– Ты упорно твердишь о своей виновности, – проговорил он, – но с еще большим упорством стараешься теперь избежать наказания.

Стивен поднял голову и хмуро глянул на Брендона. Потом поднялся и подошел к шкафу. Нащупав в кармане переброшенных через дверцу брюк другую зажигалку, закурил.

– Нет, Брендон, – сказал он, глубоко затянувшись, – я никогда не говорил, что виновен, а только, что убил! Чувствуешь разницу?

– Ты ответил «да» на вопрос, считаешь ли себя виновным в убийстве.