Репетитор для Рапунцель

Все было идеально, пока по дурости я не ляпнул этой идиотке о своей рабочей проблеме. Та рассказала о ней отцу, и проблема… исчезла. Именно тогда, в тот момент интерес к ней пропал под ноль. По щелчку пальцев.

И вот теперь пришлось самому идти к Альбине. Черт бы ее побрал! Ибо кресло ректора мне дороже всяких там условностей.

– Мась, – промурчала она, перекатывая между пальчиками трубочку от клубничного мохито. – Куда ты пропал на все лето? Я скучала.

– Ездил на конференцию, – выплюнул сквозь зубы. Разговоры с женщинами не по мне.

– А я отдыхала на Карибах, – притворно состроив грустную гримасу, она добавила: – Без тебя.

Не найдя что ответить, я отрезал кусок сочного стейка минимальной прожарки и запил все это вкуснейшим виски. Сегодня на Альбине было шикарное платье, обнажающее почти всю грудь и добрую часть спины. Эта дама точно знала, чем закончится вечер.

– Знаешь, – снова начала она, отведя взгляд, – я думала, что ты меня кинул.

– Что ты, – накрыв ее ладонь своей, я погладил большим пальцем костяшки, как можно увереннее протянув: – Как тебя можно забыть, а?

– Никак. Это и отлично, Круглов, – выдохнув мою фамилию, она взяла со стола заспиртованную вишню, медленно облизала ее кончиком языка, не сводя при этом с меня голодного взгляда. – А то я уже думала, тебе что-то надо.

– И не без этого, – не стал лукавить я. – Секс это не отменяет.

– Переспать – это всегда, пожалуйста, – игриво подмигнула Альбина, но тут же выровнялась по струнке.

Альбина хоть и выглядела как гламурная этикетка, внутри которой пустота, я знал, что своего она никогда не упустит. Поэтому, бросив бессмысленный флирт, принял ее игру. Условия так условия.

– Чего ты хочешь? – выпалил я, опустошив бокал до дна. Глаза девушки победно блеснули, поэтому уточнил: – Сколько?

– Нет, все не то, – покачала головой она, загадочно отвела взгляд в сторону.

Поперхнувшись, я потянулся за стаканом с водой, но попутно столкнул со стола пустой бокал. Внезапно в галстуке стало тесно, хотелось немедленно его стащить и свалить вон.

– Папик устроит тебе шоколадную жизнь, Круглов, – продолжала описывать «идеальное» существование напрочь потерявшая здравый смысл Альбина. – Ты и так не плох, а будешь еще лучше.