Отец моей подруги

Как вдруг она замерла и уставилась на широкую зеленую дверь. – Что это? Вы слышите? Не пойму…

– Это все твоя травка, – закатил глаза Виктор Семенович, начиная заметно расслабляться. Лена умела быть послушной, когда требовалось, и это его явно успокоило. Да и вообще, резкие перемены настроения являлись для моей подруги чем-то привычным. Вот она плачет навзрыд, а секунду спустя корчится от истерического смеха.

– Какая там травка, кто-то что-то крикнул! Там человек, пап! – она резко повернулась ко мне и подмигнула.

 – Аль, ты ведь слышала тоже? Да?

Я все еще не понимала, что находится за этой дверью, но выставлять подругу дурочкой не хотела, потому согласно кинула. Когда мужчина тяжело вздохнул и направился к двери.

– Сейчас посмотрю. Может, повара там забыли? Я же их выгнал впопыхах… – бормоча себе что-то под нос, Виктор Семенович торопливо откупорил дверь, а это оказалась огромная морозильная камера, размером как половина моей квартиры. Внутри было много стендов, так что мужчине пришлось войти внутрь, чтобы пройти между рядами, а мы с Леной остались у двери, ее придерживая.

Стало жутко, что кто-то действительно мог остаться там внутри, ведь холод там стоял собачий.

– Нет тут никого, Лен! – отмахнулся мужчина с самого конца морозилки. –  Бросай травку, иначе скоро инопланетян услышишь.

В одно мгновение Лена резко толкнула меня назад, а дверь – вперед, захлопывая ее крепко-накрепко, оставляя Виктора Семеновича запертым внутри.

Какие-то две секунды я просто таращилась на подругу, не веря в то, что происходит.

Было настолько удивительно, будто это какой-то чертов сюр! Я все ждала, когда Ленка рассмеется и скажет «шутка!», выпуская отца на волю, но она просто нервно кусала ногти, думая о чем-то своем.

– Если выберемся отсюда сейчас, то успеем в клуб до курантов, – протянула Ленка, будто это все, что ее заботило в данный момент. А потом, несмотря на мой шок, схватила за руку и потянула к выходу. – Идем, чего стоишь? Проблем больше нет. Можно идти тусить, ехоу!

Я резко стряхнула ее руку, покачав головой.

Нет, это не могла быть моя подруга. Она безбашенная, но не отбитая на всю голову. Или я так плохо ее знала?

– Лен, – прошептала я, вглядываясь ей в глаза. – Ты в себе? Немедленно выпусти Виктора Семеновича!

Она хмыкнула и надула губы, закатывая свои стеклянные глаза.

– И не подумаю! Он мне хочет весь Новый год испортить. Я что, дура ему, чтобы деньги все отдавать? – она поморщилась, рассматривая меня с ног до головы с жалостью.