Пленница босса

А все потому, что мой босс окончательно сошел с ума. Спокойно, словно ничего не происходит, он начал садиться на водительское сидение. Еще и зыркнул на меня неодобрительно, когда я его остановила. Пришлось объяснять свою претензию так быстро, как только могла. – А ничего, что наши руки скреплены? Вы предлагаете мне час за вами по столице рядом с машиной бежать?

– Я, что, зверь по-твоему? – закатил глаза мужчина, и мне полегчало. На мгновение. В следующую секунду он тем же тоном огорошил: – Просто перелазь через меня и садись рядом.

Пол минуты я ждала его заливистого смеха. Думала – шутка. Куда там? Павел Григорьевич был серьезен и зол, как никогда.

– Может, – мягко предложила я, из последних сил улыбаясь, – вы меня просто отстегнете, и я ножками обойду машину?

Добродушно вздохнув, мужчина улыбнулся. Я с надеждой повернула кисть нужной стороной, ожидая свободы.

– Нет, Сонечка, – его хриплый мягкий тембр, казалось, успокаивает. Нежный протяжный голос никак не сходился с жестокими грубыми словами.

Закрыв глаза с тяжелым вздохом, я уже готова была согласиться на полицию, лишь бы не испытывать такого унижения. А потом представила, как моей бедной немощной матери звонит какой-нибудь капитан Петров и говорит: «Ваша Сонечка по этапу пошла!».

– Хорошо! – импульсивно воскликнула я с испуганным взглядом. Астафьев прямо подобрался, когда я резко прыгнула ему на колени. – Раз выбора нет, то… Что поделать!

Павел Григорьевич отшатнулся назад, расставил руки в стороны от неожиданности. Его ноги были расставлены и обтянуты дорогими черными брюками известного бренда. Даже когда они растянулись по его натренированным ногам, сидели великолепно. Стоя на карачках, я в этом убедилась.

– Давай быстрее, – рявкнул он, как-то странно напрягаясь.

– Пытаюсь, – закатила глаза я, судорожно дыша.

Парковка не особо освещалась. В машине, стоящей носом к стене, вообще царила тьма. Не понимая, куда я именно опираюсь, тыкала руками куда попало. Пару раз соскальзывала. То ноги не вмещались, то пятая точка.

– Юбка у тебя, Сонечка, коротковата… – внезапно услышала я в попытке-таки добраться к пассажирскому сидению.