Детка

Не успела я возмутиться, как наглец подхватил меня за талию и утащил от Сэма. Он посадил меня в самое дальнее кресло в комнате и строго сказал, поставив обе руки на подлокотники:

– Не вставать. Не пить. Не курить. Не заигрывать с этими долбо… не подходящими тебе по возрасту парнями. Особо не высовываться. Хм… Я уже говорил “не пить”?

Нахмурившись, я холодно выдала:

– Уже два раза!

Как обычно это бывает, Марк старался не оставлять меня расстроенной. Его рука нежно легла на мой подбородок, заставляя заглянуть в свои обеспокоенные глаза.

– Эй, Детка… Я просто не хочу, чтобы ты вляпалась в неприятности, слышишь? – Его указательный палец обвел широкий зал размашистым жестом, и он, наклонившись прямо к моему уху, продолжил менее громко: – От этих уродов никогда не знаешь, чего ждать. Ты слишком маленькая и невинная, чтобы справиться одной. Но тебе и не нужно. Есть ведь я!

Он отстранился и, весело подмигнув, просто ушел.

Не знаю почему, но все это время я не дышала, а теперь остро ощущала кожей место, где только недавно было его дыхание.

А его руки, украшенные мелкими венками по мускулистым бицепсам, так и грозили стать моим наваждением на грядущую неделю. И что это значит???

Нужно было отвлечься. Тяжко вздохнув, я начала осматривать комнату. В ней находилось около двадцати уже несколько пьяных и не замечающих меня человек: девочки в коротеньких шортах и майках, и парни с голым торсом, только в шортах или длинных штанах. Они с радостью демонстрировали свой пресс девочкам и буквально прижимались им во время танца все плотнее и плотнее.

Возможно, конечно, это для того, чтобы получше разглядеть, у кого богаче декольте.

Один мой брат был в майке. Его права рука была забита всевозможными разноцветными татуировками по типу рукава. Небольшая ее часть пряталась под одеждой. Я знала, как сильно он жалел о своем глупом решении изуродовать тело, но мне все казалось уместным. Татуировка не только дополняла его образ полного засранца, но и делала уникальным, неповторимым, особенным…

Пока Марк весело танцевал со Светкой, я с нескрываемым восторгом подметила, что бицепсы у брата мощнее, чем у его друзей, раза в два.

Ему не нужно было оголять живот, и так каждый кубик прорисовывался под тонкой тканью. Все равно он был лучшим, среди… всего мира!

– Детка! – Внезапно в голову прилетел скомканный лист бумаги, и я злобно уставилась на Сэма, посылающего мне извиняющийся воздушный поцелуй.