Детка

Зачем я вообще приходила-то?

Повысив интонацию, брат тут же поднялся с места и, медленно надвигаясь на меня, спокойно, но так, что пробрало до мозга костей, спросил, указывая на подарок Юли:

– Что… это? Дружок твой подарил?! Не помню, чтобы мне приносили чеки из этого бутика.

На секунду вернулось осознание реальности… Он отслеживает мои счета! Как это называется?

– Это я подарила, любимый… – в последний момент прошептала Юля, и мужчина изменил траекторию, теперь уже расстреливая взглядом подружку.

Макс снова посмотрел на меня таким взглядом, будто… заметил, оценил и переоценил. Стало неловко, и я прикрыла себя руками, словно была голая. Только сейчас заметила, что не запахнула халат! Боги, белье же полупрозрачное!

– И ты решила превратить Алису в шлюху, да?! Вали на хрен! – прорычал он таким тоном, что если бы эти слова были направлены в мой адрес, я давно бы получила сердечный приступ.

Только вот не успела я обрадоваться чужому горю, как он внезапно смягчился и миролюбиво прошептал:

– Прости, Юль. Возьми мою кредитку и сходи погуляй. Мне нужно серьезно поговорить с Деткой.

Подружка испуганно посмотрела сперва на меня, затем на злого, как черт, парня, и попыталась помочь:

– Послушай, нам нужно всем просто сесть и серьезно поговорить…

– Юля! Иди.

Тяжело выдохнув, она послала мне взгляд типа "держись, но ничем не могу помочь, извини" и, порывшись в бумажнике Марка, радостно упорхнула с его кредиткой.

Послышался хлопок входной двери, и Марк повернулся ко мне. Его взгляд не давал мне покоя, вынуждая еще плотнее прижиматься к бедной стенке. Только теперь чувства были другими.

Его взгляд блуждал по новому комплекту с каким-то… нечеловеческим голодом. А каждый шаг в мою сторону заставлял сто раз пожалеть о нервном срыве.

Главы 4. Два дня

Это было безумие. Я не могла дышать, когда Марк приблизился ко мне и заключил в клетку своих рук. Они покоились на стене, по обе стороны от моей талии, но ощущения были… словно именно на коже. Лицо все еще находилось достаточно далеко, чтобы тот продолжал прожигать во мне дырку карими глазами.

Казалось, в один момент он помешался на моих губах.