Радость победы

В присутствии Джадда она постоянно думала, как бы поостроумнее ему ответить, и отвлекалась от грустных и тяжелых мыслей.

Чтобы Джадд не догадался, как сильно она в действительности хочет, чтобы он остался, Стиви выбрала максимально высокомерный и враждебный тон.

– Тебе совершенно незачем здесь оставаться. Твое присутствие меня только раздражает. Тебе лучше уйти.

– Я приехал, чтобы отвезти тебя в больницу.

– Я не собираюсь ехать ни в какую больницу. Я уже сказала вчера. У меня есть две недели…

– Слушай, Стиви…

– Нет, это ты слушай, Макки.

Это моя жизнь. Я принимаю решения, и никто…

В дверь позвонили.

– Мисс Корбетт! – донесся приглушенный голос. – Что вы можете сказать по поводу того, что у вас рак? Что вы чувствуете, зная, что вам придется оставить теннис?

– О господи! – воскликнула Стиви. – Почему они не могут оставить меня в покое?

Нервы ее сдали. Она уронила голову на барную стойку и закрыла ее руками.

В конце концов настойчивый репортер убрался восвояси. Возможно, его отогнал один из полицейских, задачей которых было вообще-то не пускать подобных непрошеных гостей на порог.

Джадд положил руки на плечи Стиви. Она дернулась.

– Тогда хотя бы позволь мне увезти тебя отсюда на пару-тройку часов. – Он развернул ее табурет так, чтобы она оказалась лицом к нему.

– Почему ты хочешь помочь мне?

– Потому что мне стыдно за то, что вчера я вел себя как шакал, разыскивающий падаль.

– Но ведь это не ты написал статью.

– Все равно я ощущаю свою вину.

 – Стиви хмыкнула. – Я знаю, что ты не считаешь меня настоящим журналистом, так же как и я не считаю тебя настоящей спортсменкой, – прибавил Джадд. – Я слишком много пью, слишком много развлекаюсь и привык потакать всем своим слабостям. Я ненадежный. Я чересчур язвительный. Но все-таки за всем этим – ну то есть за внешностью неотразимого красавца – скрывается довольно неплохой парень, знаешь ли.

– Ну да, разумеется.

Джадд обольстительно улыбнулся, и сердце Стиви подпрыгнуло.

– Дай мне один день, и я докажу, что ты ошибаешься.

Нужно было соглашаться, однако Стиви колебалась. Несмотря на все свое обаяние, Макки был далеко не прост. Что, если он все же собирает материал для статьи? Может, он хочет написать о ней нечто вроде глубокого психологического очерка, в котором она предстанет «глуповатой дебютанткой». Однажды он назвал ее так в одном из своих опусов.

– Не думаю, что это удачная мысль, Макки. Пожалуй, я лучше останусь здесь.