А почему бы ДА?

Эта замечательная фраза, сказанная однажды Ксюшиным педагогом, делала ее сильнее, разносторонее, меняя тем самым жизнь в лучшую сторону.

Часто нам легче подготовиться к неудаче, чем к успеху. Потому что все наши жизненные сценарии учат тому, как справиться с поражениями. Но что же делать с победами, не говорит никто. Как быть готовым к тому, что у тебя все получится? Что чувствовать при этом? Какие цели ставить дальше?

Оставаясь во власти собственных страхов, будучи уверенными в том, что ничего не получится, нам проще примерить роль жертвы и смириться с ней.

Проще, чем действовать. Проще, чем куда-нибудь двигаться и, не дай бог, после всех попыток снова испытать неудачу. Проще, потому что смиряясь, мы можем списать все на обстоятельства, переложить ответственность за свою жизнь на чужие плечи, обвинить в своих неудачах кого угодно, но не себя.

Вот так проще было Ксюше в отношениях с мужчинами. В чувстве презрения ко всем ним без исключения ей было комфортнее, потому что так она могла избежать разочарований и боли.

Так думала и чувствовала она всю свою жизнь, до встречи с брендовым.

Наверное, речь шла не о симпатии к нему лично, а о том, что она, Ксюша, возможно, ошибается насчет сильного пола. И то, что она думает о мужчинах, может и не соответствовать реальности.

«Хорошо. Я хочу попробовать по-другому», – она переоделась, зайдя в номер, и решила, что сегодня она будет петь и танцевать.

***

Пашка понял, что очень устал.

Устал от работы, перелетов, мок, жизни на чемоданах, излишнего внимания и суеты.

Надев простецкие шорты и футболку, купленные за копейки на местном рынке, надвинув кепку практически на глаза, Пашка вошел в лифт, и, нажав кнопку 1 этажа, принял решение, что в его руках сегодня побывает несколько стопок текилы, а лучше не несколько, а много раз по несколько.

Мысли о вредной крутились в голове без остановки. И ему очень хотелось, чтобы он не встречал ее вообще.

***

До полуночи она подпевала местным уличным музыкантам. И танцевала прямо на набережной.

Улыбка не сходила с ее лица, потому что она любила музыку. Для нее, как и в книгах, в ней был целый мир.

«Ялта, парус, в этом мире только мы одни», – слова с легкостью слетали с ее губ, она смотрела, как руки парнишки скользили по грифу, и снова улыбалась.

«У меня уже едет крыша, – думал Пашка, проходя по набережной, голос вредной мерещится».