Умереть, чтобы жить

Волосы колыхал легкий ветер. А ее закрытые глаза и руки плакали вместе с Шопеном в ноктюрне до диез минор.

По телу Хена поползли мурашки, и вдруг ему стало так холодно, что онемели пальцы. Она занесла смычок над кульминационными тактами… ее губы задрожали, и из глаз потекли слезы. Он просто почувствовал немой крик, сорвавшийся с ее губ, и понял: она выпускает свою боль, здесь, сейчас, потому что больше не может терпеть.

Она закончила играть. Какое-то время не шелохнувшись стояла на месте, потом откинула волосы назад, сложила инструмент и под недоуменно-восторженные взгляды пошла вперед.

Хен долго не мог выйти из оцепенения. «Я должен убедиться, что с ней сегодня больше ничего не случится», – сказал он себе и пошел следом за ней, чтобы вот так, на расстоянии, проводить ее до отеля.

Глава 11

Катя открыла глаза и посмотрела на часы: «Ничего себе! Почти час дня. Вот это я засоня». Она окинула взглядом комнату и поняла, что Смирнов не ночевал «дома». Правильно, сегодня у него день «Х». Катя помнила, как волновался отец, когда на их с мамой вопрос «Что случилось?», он отвечал, что сегодня у него «очень важный день».

«Сегодня я буду уже дома, – сказала она себе, – уже сегодня» .

***

Поправляя бабочку на смокинге, офицер Су Хен, наблюдал за происходящим вокруг, переходя от картины к картине. Русских было много, но никто не вызывал у него никаких подозрений.

Закончила свое выступление музыкальная труппа. Су Хен узнал в солистке вчерашнюю скрипачку. И невольно посмотрел по сторонам в поисках брюнета, шедшего за ней … «А вот и он… выправка военная, молод только больно. Да и картины его явно больше интересуют, чем обстановка… На скрипачку смотрит странно как-то: с явным участием, с грустью», – подумал Су Хен, будучи явно уверенным в том, что это не тот человек, который ему нужен.

Он перевел взгляд на высокого блондина, щебечущего по – английски с небольшой группой людей перед какой-то картиной.

Катя улыбнулась и поняла, что Смирнов открыто играет. Перед всеми, перед ней. И таким его она еще не видела. «Это от требований роли или от вдруг возникшего доверия ко мне?», – почему-то так, по – женски придирчиво, подумала она.