Работник

Наш, ищущий по кухне фужеры, герой, продолжал слушать, прерываемую всхлипами речь, соседки, а его девушка ушла в зал, взяв пуховик.

– Вот скажи мне коллега… ну ты же тоже один из этих, ну как вас там… ну мужчин… – продолжала она из-за стены – меня что, нельзя полюбить, если я не худая?

– И худую, можно не полюбить – отвечал, наш вынимающий из пакета бутылки, герой.

– Всё остришь, а так и не ответил! Я что… такая толстая? – всхлипывала соседка.

– Да не такая ты толстая. Запятую ставь сама… На меня вот глянь! Пойдём выпьем уже! – с громким хлопком, наш открывший бутылку герой, направился в зал.

– Да, сейчас зашью и приду, иди успокой её, я пока расстелю ей тут.

Соседка умывалась стоя в ванной. Наш герой, открыв кухонное окно закурил и вглядывался в небо. Оно висело чёрным. Луна и не светила вовсе. Свет, из окон соседнего дома, почти собрал цифру пять.

– Дайка и я затянусь, что ли – подходя к окну сказала соседка.

– Ты ж не куришь? Что случилось то?

– А… сегодня можно… сезон открыт! Я нам заказ взяла, на середину апреля… у меня девочка, знакомая, под залетела недавно, вот свадьбу играть хотят.

После последней смачной затяжки, бычок, сверкнув, улетел в окно. Пробка бутылки, с прозрачной жидкостью, была сорвана, нашим, достающим ещё одну рюмку, героем.

– А ты на работу устроился!? Юристом!? – доносилось из коридора. – Теперь понятно, что за тортик на столе! Ну поздравляю! Хотя я тебе уже давно говорю, вот присоединился бы к нашему МЛМ проекту, уже бы давно, купался в роскоши! В нашем деле, знаешь, как мужчины зарабатывают! Мммммм… – держа и вытянувши рюмку, говорила соседка, с хитрым лицом.

– Ну не зря ж я, на юриста учился, пять лет! – многозначительно сказал наш, задумавшийся и оглядывающийся за окно, герой.

Со звоном рюмок, коллеги услышали доносившееся из коридора, быстрое шорканье и голос девушки:

– Подождите! Я закончила! Бегу! Ой! Розовое? Опять к своему ездила? – поднимая фужер и стуча им о рюмки, на вытянутых руках, с интересом произносила она, нарочито выдыхая.

Все стоя ковыряли оставшуюся часть торта и закусывали. Стол постепенно, снова накрывался, едой, чаем, кофе, зажигалками, пепельницей, пачками сигарет.