В Стране Гудка. Часть 2. Кремлевские будни

 – Как и вас.

– Вот это для меня откровение, – озадаченно покачался всем телом Сидор и пронзительно взглянув на рыжую, добавил, – А я никак понять не могу, зачем я им сдался. Значит, чтобы туда меня, – он поднял руку вверх.

– Вот именно, туда, – подтвердила рыжая.

– Я не хочу туда. Я боюсь незамкнутого пространства, – с дрожью в голосе ответил Сидор.

– Вот видите, – обрадовалась рыжая, – Поэтому туда лучше отправить Нахального и всех несогласных. И тогда в нашей стране не будет пробок на дорогах, все руководители будут иметь столько владений, сколько им захочется и ездить на самых дорогих в мире лимузинах, создавая этим гордость нашей страны.

– А омоновцы куда денутся, – с надеждой спросил сидор.

– Омоновцы останутся на всякий случай, чтобы у полицейских-дворников не возникло искушений.

– А вы тогда чем заниматься будете, – с подковыркой, как ему показалось, спросил Сидор.

– А мы, – глубоко вздохнула рыжая, – Мы будем продолжать любить и обслуживать вас, – и она, загадочно улыбаясь, стала медленно расстегивать пуговицы на блузке.

– Что вы делаете, – воскликнул Сидор.

– То же, что и всегда, – и она вдруг встала в полный рост, приподняла ногу и перешагнув рамку телевизора, очутилась напротив Сидора. – Потанцуем, – Рыжая села ему на колени и обвила руками вокруг шее.

– Я не очень люблю, танцевать, – попробовал расцепить ей руки Сидор.

– Тогда я это сделаю сама. Тебе понравится, презик, – Она легко встала, щелкая пультом нашла музыкальную программу и, делая откровенные движения телом, начала под музыку красиво раздеваться.

–Где-то же ты умудрился водку раздобыть, – услышал Сидор сквозь сон голос Челентано и открыл глаза.

Он лежал на диване, на спине, с раскинутыми в стороны руками. Над ним стоял Челентано, держа в руках, сильно отпитую бутылку Посольской.

– А где она, – Сидор приподнял голову и огляделся.

– Кто?

– Рыжая эта из телевизора, – Сидор повернул голову к телевизору. С экрана на него смотрела картинка с изображением лица рыжей, с слегка приоткрытом ртом и откровенным, призывающим взглядом. – Вот она.

– Снова изображение зависло, – безразличным тоном произнес Челентано и, взяв со стола пульт, направил на телевизор, выключил рыжую.