Время синих

– Я подписал ваше заявление, – миролюбиво произнес начальник, подталкивая перед собой листок с заявлением.

– Спасибо, – забирая бумагу, Сидор натужно улыбнулся.

– И вы там, не торопитесь. Если потребуется еще время, мы продлим.

– Надеюсь, не потребуется. – Отходя к двери и улыбаясь во весь рот, произнес Сидор и вышел и кабинета.

– Псих, какой-то, – стряхивая со стола рукой невидимые соринки, выдавил начальник. – Лучше с такими не связываться, – и он включил монитор с неоконченным пасьянсом.

– Ну, что выговор или уволили? – Спросила Люська вывалившегося из кабинета, радостного Сидора.

– В отпуск отправил. С сегодняшнего дня, – продолжая улыбаться, уже без опаски взглянул на синюю Люську Сидор. – Вот заявление, зарегистрируй.

Люська недоверчиво прочитала бумажку, подняла на Сидора накрашенные глаза, – Ничего не понимаю. Он же тут с утра прямо кипятком писал.

– Теперь не будет. Понравился я ему, – забирая со стола заявление, он махнул рукой и выскочил в коридор.

Люська подняла телефонную трубку и набрала номер. – «Але, Зоя. Это я. Слушай новость. Наш начальник оказывается тоже голубой. Он Сидора не уволил, а наоборот даже отпуск дал. Да, точно я тебе говорю. Сидор сам мне сказал, что он ему понравился. Вот, дожили, да. При встрече подробней обсудим. Пока, – и она, положив трубку, качая головой, закончила, – Скоро ни одного нормального мужика не останется. Так замуж и не выйду.

***

Сидор быстро, за час успел оформить заявление в кадрах, получить отпускные в бухгалтерии и с радостным чувством, распахнув дверь, вышел за порог конторы.

– Эй, чем тебе мое лицо не понравилось, – недружелюбно окликнул Сидора охранник.

– Извини, там темно было, показалось, – простодушно улыбнулся Сидор.

– Смотри, а то я не люблю этого, – сплюнув под ноги, уже незлобно бросил Федя, и продолжил, – Слышал, «петрушки» наших опять обстреляли на границе.

– Да, не правда это все, – махнул рукой Сидор.

– Как не правда? По телику уже разрушения показали, по всем каналам. Я бы их… – Федя потряс перед носом Сидора громадным синим кулаком. Сидор поднял глаза. Над ним нависло искаженное злобой лицо Феди, которое стало превращаться из голубого в ядовито-синее.