По заветам Лукича

Тут километров двадцать еще.

В это время к правлению совхоза, оставляя клубы пыли подкатил не первой свежести Джип, из которого вышел полноватый мужчина в рубашке с коротким рукавом, соломенной шляпе канапе, с потертой кожаной папкой под мышкой.

– Вот и Акакий Акакиевич, собственной персоной, – вставая и снимая в приветствии пляжную панаму с выцветшей надписью: «Ялта», почему-то засмеявшись, произнес Мишка.

– Кто, – переспросил Кузьмич.

– Генеральный, – шепотом ответил Мишка.

Акакий Акакиевич, подошел к входу, о чем-то переговорил с мужиками и прошел внутрь здания.

– Пошли, – замахал рукой Мишка и они все быстрым шагом направились к двери.

Пройдя по длинному, прохладному коридору, они вошли в большую приемную, переделанную, похоже, из актового зала. У обшитой дерматином двери, сидела за секретарским столом, пожилая дама и что-то считавшая на счетах. В приемной в деревянных горшках росли высокие фикусы, пахло чем-то кислым, деревенским. С потолка свисали ленты мухоловок, обклеены мухами и еще одна муха, пока еще живая, билась об оконное стекло.

– Что надо, – не поднимая головы, спросила дама.

– Вот, в бригаду народ набрал. Как Акакий Акакиевич приказывал. «На строительства забора», —заискивающе произнес Мишка.

– Пусть пишут заявление, – дама вытащила из стола исписанный лист бумаги, и положила на стол, – Это образец. Чистая бумага и ручки, на столе для посетителей. – Она указала пальцем шаг длинный стол заседаний, стоящий у окна заваленный подшивками старых газет и партийными журналами.

С самого края лежала пачка чистых листов. Они подошли к столу и Мишка, протянул Сидору образец: «Ты, напиши за всех. А вы паспорта давайте». Сидор быстро заполнил одинаковый текст и отдал Мишке. Тот на цыпочках подошел к секретарше, продолжавшей считать, и положил заявления на стол. В это время дерматиновая дверь приоткрылась, и из нее выглянул тот самый человек, приехавший на Джипе, только без шляпы.

– Здравствуйте, Акакий Акакиевич, – Мишка стащил с головы панаму Ялта.

– Тебе чего, – поморгав, посмотрел на него Акакий.

– Вот, людей в бригаду набрал на забор, – бодро ответил Мишка.

– Хорошо. Идите, работайте, – кивнул головой генеральный, и обратился к секретарше, – Алевтина, чаю приготовь.

– Сейчас, – подскочила секретарша и выбежала в небольшое подсобное помещение.

– Акакий Акакиевич, – выдавил из себя Мишка, теребя в руках панаму.