Хроники не прошедшего времени. Часть 1. Истории из жизни С. Сидорова в стране Гудка

Возле входа в издательства он встретил вчерашнего улыбающегося батюшку. Тот придержал его за руку и, спросил:

– Простите. А где бы журнальчик такой достать.

– Какой, – не понял Сидор.

– С девушками, – втянул голову в плечи и, оглядываясь по сторонам, прошептал батюшка.

– А-а, – вспомнил Сидор, – Не проблема. Вот забирайте, – и он вытащил из сумки, и протянул батюшке журнал.

– Премного благодарен, – снова заулыбался тот, пряча под рясу журнал, – Отец, Порфирий, – протягивая руку, представился батюшка.

– Сидор, – пожал руку Сидор, – работник министерства культуры. В это время к ним подъехал и остановился черный Мерседес представительского класса. Отец Порфирий, открыл дверь, махнул на прощанье рукой и, прыгнув на заднее сиденье, отъехал, оставляя в воздухе запах дорого бензина.

Сидор приоткрыл немного входную тяжелую дверь и протиснулся вовнутрь издательства.

– Опаздываете, – строго произнес охранник на входе, что-то отмечая в журнале. – Вас уже ждет директор.

– Кто, – не понял Сидор.

– В шестом кабинете. И раздеться не забудьте.

Сидор сдал куртку в гардероб и прошел по коридору к шестой комнате. Табличка «входите» не светилась и Сидор, постучав осторожно, потянул на себя дверь. В кабинете, за столом Строгий играл на компьютере.

– А Сидор, заходи, – дружелюбно произнес Строгий. – Молодец. Хорошо выступил вчера.

– Спасибо, – скромно улыбнулся Сидор.

– Слушай, у меня для тебя две новости. Хорошая и плохая, – вытаскивая из лотка листки бумаги, произнес Строгий.

– С хорошей.

– Ладно. Хорошая. Министр подписал приказ о зачисление тебя в штат министерства.

– Отлично.

– Я бы не спешил радоваться.

– Если вы за опоздание сердитесь. То это первый и последний раз, – Сидор хлопнул себя рукой в грудь. – Просто меня в полицию вчера забрали. Но уже отпустили.

– Полиция здесь не при чем, – раздраженно махнул рукой Строгий. – Ты оказываешься, вчера Станиславского им повредил.

– Не вредил я. Только бутылку разбил об него.

– Правильно. Но у Станиславского нос откололся, – вздохнул тяжело Строгий.

– Можно ведь приклеить?

– Поздно. Худрук министру жалобу на тебя написал. И тот тебя уволил. Вот приказ. – Строгий взял в руку другую бумажку.

– И что же мне делать? – растерянно спросил Сидор.

– Ехать в министерство. Там сегодня в двенадцать торжественное собрание в честь юбилея Айвазовского. Министр приказал, чтобы ты выступил. Ему понравилось вчера твоя речь про пароходы.