Хроники не прошедшего времени. Часть 2. Из жизни С. Сидорова во времена Гудка

– Я в принципе не против, – наливая минералки в стакан и протягивая Сидору продолжил Сам, – Главное, чтобы не в ущерб системе. А что за девица, – поинтересовался Сам, – На фото мне понравилась.

– Это не девица. Это подруга Митрофан Митрофановича, – не придумав, что ответить, сознался Сидор, – Она сама попросила.

– Ух ты, как у вас там завязано, – с уважением посмотрел на него Сам, – Здесь главное, чтобы дружба победила.

– Так и есть. Ничего кроме дружбы, – облегченно ответил Сидор и залпом выпил минералку.

– Ты, какие книжки предпочитаешь читать в полете, – спросил Сам, пододвигая к себе стопку книг, лежащую перед ним на столе.

– Не знаю. Не задумывался.

–Я вот больше всего детективы люблю. И не эти современные, а те, наши, старые про чекистов. Вот, например, «Тайный агент ЧК. В декабре 24-го.». Читал?

– Нет. Не довелось.

– Настоятельно советую. Классика можно сказать жанра, – он протянул книгу Сидору, – Не оторвешься. И главное правдиво все. Как должно быть.

– Спасибо, – Сидор взял книгу.

– Прямо сейчас и начинай. А я, пожалуй, перечитаю эту. И Сам вытащив из стопки толстый, зеленый том, с надписью на корешке, «Из жизни чекиста. В марте 33-го», раскрыл ее и углубился в чтение.

Сидор почувствовал, как самолет в это время оторвался от полосы и резко стал набирать высоту. Бодрящие действие каебунских шариков продолжалось, спать совсем не хотелось, и Сидор, открыв книгу сначала с трудом заставляя себя, а потом увлекшись сюжетом, погрузился в чтение.

Через три часа, самолет приземлился в аэропорту Зауралья и они, переодевшись в красные, утепленные куртки, с вышитыми фамилиями, и пересев уже на вертолеты, полетели дальше к месту открытия новой Ямы. Погода была ясная и в иллюминатор вертолета было хорошо видно землю внизу.

– Тут все наше богатство и весь наш стратегический запас, – назидательно произнес Сам, разглядывая землю внизу. Потом эта фраза часто будет транслироваться всеми средствами информации и висеть транспарантами на главных площадях и улицах городов страны.

Сидор приник лицом к иллюминатору и с интересом стал разглядывать пейзажи внизу.

Ландшафт территории был однообразен и представлял в основном огромные, как лунные кратеры, уже отработанные Ямы, умопомрачительной глубины, рядом с которыми пылили не меньшего объема насыпанные кучи отвалов, а вокруг, по краям лепились двух-трехэтажные деревянные домики поселков горняков, и обслуживающего люда.