Белая как снег

Она смотрела, как кукла-лягушка говорила с куклой-свинкой, которая явно какая-то фея, потому что была одета в очень красивое платье и могла заставить вещи исчезнуть, взмахнув волшебной палочкой.

Посмотрев на лучи слабого солнца на небе, девочка немного подумала.

Да, все будет нормально.

Она успеет вернуться еще до ужина.

Улыбнувшись про себя, Лидия Клеменс засунула стрелу в колчан, закрепила лук вокруг груди и побежала по топкому болоту к лесу на другой стороне.

12

Утро вторника. Прошло сорок восемь часов.

В лифте на третий этаж Фредрик Риис не мог вспомнить, когда в последний раз так плохо спал. Обычно со сном у него проблем не возникало. Но с такими делами… Когда он впервые в жизни увидел труп, конечно, его психика тоже среагировала – пожилую даму убили в собственной постели в районе Сагене, и Фредрик был одним из первых на месте преступления. Но сейчас? Нажав на кнопку лифта, он попытался взять себя в руки. Он увидел свое отражение в блестящих дверях и отвернулся, не в силах видеть себя сегодня, точно так же, как и только что в ванной дома, сонный и уставший, пытающийся найти зубную щетку. Вчерашняя сцена не выходила у него из головы. То, что он увидел в маленькой красной будке с колодцем. Просто чудовищно, такое обычно показывают только в кино, настолько это ужасно и исполнено зла. Фредрик не был готов к такому, это зрелище взломало его оборонительный щит, и с того момента подробности увиденного так и стояли в глазах. Два часа, может, три он крутился в постели, отчаянно пытаясь заснуть, отлично зная, какой сегодня день и как ему нужны силы для работы. Общий бриф спустя сорок восемь часов. Это всегда поворотная точка. Они с Мунком вместе раскрыли уже пять преступлений, и ход работы его опытного начальника всегда был одинаков. Первые два дня никаких эмоций. Только сбор информации. Если не было конкретных зацепок. Тогда, во время первого расследования, сидя на брифинге, Фредрик, поддавшись эмоциям, ерзал на краю стула, а Мунк выглядел спокойным. Пожилую даму убили в собственном доме, почему они ничего не делают? Ну надо же делать хоть что-то! Но Фредрик быстро понял, как нужно работать. Это не спринт, а марафон. Фредрик Риис все-таки бросил взгляд в блестящие двери лифта, чтобы проверить, не слишком ли ужасно выглядит, потому что чувствовал он себя именно так. Может, настала его очередь? Он слышал истории про самых закаленных следователей, которые десятилетиями не проявляли чувств, и вдруг появлялось дело, которое пробивало броню.