Отвергнутый смертью

И это только то, что знаю я!

Ведь дела идут в гору, контракты с лучшими клубами Макао, при таком размахе у него дневной доход не менее 30 000 и это только на проститутках.

А ведь он занимается не только этим.

Последняя партия рога носорога, принесла ему больше 10 000 000.

Его контракт через Шанхай банк на поставку удобрений, который мне прислали, сулил ему неплохую прибыль, даже по скромным подсчетам, около 5 000 000.

И тут он убивает человека за каких-то двести тысяч?! Лучшего адвоката Гонконга! И моего лучшего друга!

Это что – блажь?

…Или он подумал, что в этом месте ему теперь все дозволено, если он имеет высокопоставленных покровителей?

Или он действительно жадный до такой степени, что ради лишней сотни долларов, готов убить четверых человек, трое из которых, еще юные русские девочки, работавшие на него, кстати, несколько лет?

Нет ответов у меня на эти вопросы, Таккер! Нет! .

Значит так…. Если в ближайшие сутки, тебе не поступит никакой информации о наших людях, завтра, ровно в восемь, быть у меня.

Есть на примете один китаец…, говорят, у него за всю его карьеру, не было ни одного прокола….

Боюсь, только он, в состоянии отловить этого русского ублюдка….»

Пробуждение

В комнате с низким потолком и рассеянным светом, исходящим неизвестно откуда, на узенькой кроватке, накрытый белоснежной простынею, лежал человек. Он спал безмятежным сном. Дыхание его было свободное и тихое.

Мало того, китайцы, при полной несовместимости характеров, принимали его за своего, и относились к нему с полным доверием и даже дружелюбием.

Благодаря этому он довольно быстро «встал на ноги». Доходность от того,

чем занимался

Борис, была достаточно высокая и за короткий срок, ему удалось сколотить неплохой капитал. Он был вхож в правительственные круги, его любовница была дочь префекта, и жил он в доме, который назывался «Хойфу Файун».

Это правительственный дом, название которого в переводе с кантониза, означает «Дом-сад», потому что там был прекрасный зимний сад. Посреди просторного холла, находился огромный мраморный фонтан с вечно голодными рыбами, которые, высовывали из воды свои массивные головы, и пихаясь жирными телами, выпрашивали чего-нибудь вкусненького.