Каста мимов

Поедая горячие кругляшки, я брела по рынку, старалась погрузиться в его атмосферу. Все здесь так разительно отличалось от Шиола I, где говорили только шепотом, а двигаться старались как можно незаметнее. Ночью, когда НКО выходили на охоту, для ясновидцев наступала опасная пора, зато наши способности в полночный час расцветали буйным цветом, жажда действия особенно обострялась, и мы, словно мотыльки, летели на неоновый свет.

В витринах бутика переливалась бижутерия. Возле входа хрупкая травница с орхидеями в небесно-синих волосах продавала салеп.

Над дверью звякнул колокольчик. Хозяйка, худощавая старушка в белой кружевной шали, никак не отреагировала на мое появление. Весь ее облик отливал ядовито-зеленым, под цвет ауры: зеленые, коротко стриженные волосы, того же оттенка лак на ногтях, тушь и помада. Одним словом, вещающий медиум.

– Чем могу служить, милочка? – прохрипела хозяйка голосом заядлой курильщицы.

Однако любой паранормал сразу сообразил бы, что горло у нее болит от чрезмерного общения с духами.

– Меня интересует кровавый алмаз, – откликнулась я, плотно закрыв за собой дверь.

Старуха окинула меня цепким взглядом. Интересно, что было бы, реши я перекраситься в тон своей алой ауре?

– Ты, должно быть, Бледная Странница, – хрипло констатировала старуха. – Идем, тебя ждут.

Она повела меня вниз по ветхой лестнице, спрятанной за антикварным шкафом. Всю дорогу моя провожатая надрывно кашляла, словно у нее в глотке застрял кусок мяса.

– Зови меня Агатой, – просипела старуха. – Тут у нас подземное убежище Четвертого сектора Второй когорты. Годами простаивает без дела, сама понимаешь. Случись беда, камденские ясновидцы разбегаются и прячутся по щелям, как тараканы.

Вскоре мы очутились в подвале, где горела единственная лампа. Стены оклеены страницами из страшилок, на бордюрчиках толстый слой пыли.

– Не буди ее. – Агата присела на корточки и погладила измученную хиромантку по стриженой голове. – Бедному ягненочку нужно отдохнуть.

На втором матрасе устроились еще трое ясновидцев, выглядели они не лучше, чем в Шиоле: тот же затравленный взгляд, впалые животы и полумертвые ауры. Зато одеты во все чистое.