Энн и ботинок Гудмена

Как только Энн оказывалась верхом, для неё переставали существовать другие, она словно соединялась с Джун и природой в единую стихию: закрывала глаза, и тогда обострялись все чувства, через которые девочка особенным образом общалась с окружающим миром. Вот ветер нежно ласкает ключицы и шею и запах скошенной травы обволакивает каждый сантиметр воздуха и наполняет лёгкие, вот отдалённый скрип отворившейся калитки позади и звонкий смех увильнувших на мгновенье от работы девушек… А вот шорохи деревьев и скрип сверчков в зелёной траве под ногами Джун, вот звук вздрогнувшей земли, отбиваемой копытами лошади, готовой раскроить воздушную твердь своей гривой, а вот солнечные паутинки-ресницы, медленно поднимающиеся, словно завеса в храме: и вот Энн уже не просто смотрит на мир, мир входит в её храм через её жаждущие глаза цвета чернозёма, жаждущего дождя.

– Но! – она отдала команду.

Джун резво кинулась вперёд, раскроив воздух надвое. Глаза Энн загорались огнём свободы при виде бескрайнего простора.

– Пожалуйста, не кончайся никогда. – Она обращалась к свободе, дух которой звал её покинуть родные земли.

Остановившись посреди поля, Энн оглянулась, дом отсюда казался маленьким пятнышком. – Что ж, Джун, сможем мы с тобой улететь так далеко, что дома не будет и вовсе видно? Но!

Две силы, две души, два свободных сердца гнались через пустошь, подставляя себя скользящему по коже ветру, и вдруг небо перед ними разразилось громом. Энн остановилась, подняла лицо и закричала в ответ:

– Тор, бог грома, спустись к нам! Мы тебя не боимся! – и залилась громким смехом.

И Тор с большей силой ударил своим молотом так, что небо раскроилось электрическими стрелами. Энн, уловив усмешку бога грома, закричала ему, возвращаясь на всех парах обратно к дому:

– Решил помериться силами со смертной девочкой? Очень в стиле бога!

Снова разразился гром. Когда Энн наконец достигла конюшни и передала Джун мистеру Макналти, полил мелкий дождь.

– Могу я взять одно из полотен? – спросила она одного из них.

– Можете, мисс. Держите.

Энн взяла одно из защитных полотен, которым в дождь накрывали скирды, и на всех парах побежала в лес.

– Энн! Энн! – кричала Матильда, выбежавшая на улицу.

– Я скоро, только укрою шалаш.

– Скоро ливанёт! – Но Энн уже скрылась за деревьями.