Ход королевой

Я тронула ее за плечо:

– Не спорь. Узнаешь все от меня.

Друзья с неудовольствием посторонились.

Я протянула Люсиде бокал.

– Не употребляю, – отказалась она с неким подобием улыбки. – На моей коже нет рубцов, а вино предназначено притуплять боль от шрамов. Без него у моих собратьев портится характер.

– По-моему, пакостный характер – это у них врожденное.

– Шутишь? – сощурилась Люсида.

– Не совсем.

Придерживая коленом поднос, я толкнула дверь. Голова по-прежнему раскалывалась, ноги подгибались.

В гостиной Цефей привалился к подоконнику. Плиона полулежала на кушетке (она никогда не сидела, только полулежала!), Страж изваянием застыл в углу. Среди рефаитов была также незнакомка с серебристым сарксом и совершенно лысой, как у Цефея, головой.

Тирабелл, в царственной позе стоявшая у камина, взяла предложенный бокал и поднесла к губам.

– Арктур, тебе не помешает промочить горло.

– Потерплю.

Я с грохотом поставила поднос. Тирабелл залпом осушила полбокала.

– Познакомься с Мирой Сарин, единомышленницей Рантанов, лишь недавно возвратившейся из затяжной ссылки.

Незнакомка ответила на мой приветственный кивок. Ее огромные, широко расставленные глаза отливали желтым – по дороге кто-то неплохо подкрепился сенсором.

– Я вызвала тебя, чтобы сообщить: мы покидаем Лондон, – торжественно объявила Тирабелл.

– Надолго?

– Как получится.

– Но почему?

Под пристальными взглядами Рантанов Тирабелл шагнула к ближайшему окну.

– Отдельные группы рефаитов из внешнего и загробного миров готовы объединиться против Саргасов, если мы проявим решимость в заново вспыхнувшей войне. Для этого необходимо убедить влиятельного члена каждой из шести семей – в идеале, стража, бывшего или действующего – принять нашу сторону.

– Думаю, начать лучше с изгнанников, – заметила Люсида. – У них с Саргасами особые счеты. В ссылке они наверняка успели возненавидеть правящую династию.

Я тоже потянулась за вином.

– Думаете, затея выгорит?

– Должно получиться, – бросил реплику Страж.

Обнадеживает.

– Успех предприятия во многом зависит от вас, вашей преданности и талантов, – продолжала Тирабелл. – Для потенциальных союзников это будет весомым аргументом.