Обитель Апельсинового Дерева

– Ваше последнее испытание – бой на мечах, – сказал морской начальник. – Первая – достойная Тани из Южного дома.

Она встала.

– Достойная Тани, – продолжал он, – сегодня ты встретишься с достойным Турозой из Северного дома.

Туроза без промедления поднялся со скамьи.

– До первой крови.

Они разошлись по разным концам павильона и обнажили поданные им мечи. Сцепившись взглядами, шагнули навстречу друг другу.

Она ему покажет, на что способна худородная замарашка!

Поклоны их были натянутыми и неглубокими.

Морской начальник выкрикнул приказ, и Тани ринулась на противника. Меч зазвенел о меч. Туроза придвинулся к ней так близко, что она чувствовала на лице его дыхание, чуяла пропитавший рубаху пот.

– Когда я стану командовать всадниками, – прошипел он, – ни одна крестьянка больше не сядет на дракона. – Мечи зазвенели. – Скоро ты вернешься в лачугу, из которой тебя вытащили.

Тани сделала выпад. Туроза отбил клинок, едва не разрезавший ему запястье.

– Напомни-ка, – проговорил он так тихо, что слышно было только им двоим, – откуда ты родом? – Он отвел в сторону ее меч. – Или вашим мусорным кучам и имен не дают?

Если он думает взбесить ее, оскорбляя семью, которой Тани не помнила, ему придется ждать тысячу лет.

Туроза ударил. Тани парировала, и поединок начался всерьез.

Здесь был не танец с деревянными мечами. И не урок, не отработка приемов.

В ее мире ничего не осталось, кроме свиста ветра и металла. Туроза высоко подпрыгнул. Тани ударила снизу вверх, отбив рубящий удар, и он приземлился на корточки. Он тут же вновь насел на нее, не дав вздохнуть: меч мелькал, как рыба в воде. Она отбивала все удары до обманного финта, вместо которого он нанес удар кулаком в подбородок. А потом жестоким пинком в живот сбил Тани на землю.

Такой трюк она должна была разглядеть за много лиг. Это изнеможение ее погубило. Сквозь дождевые капли на ресницах Тани видела невозмутимо наблюдающего за схваткой морского начальника.

– Вот так, девка, – ухмыльнулся Туроза. – Валяйся на земле. Там твое место.

Тани, как пленник, ожидающий казни, склонила голову. Туроза оглядывал ее, словно решая, куда нанести порез, чтобы было побольнее. Он сделал еще один шаг – теперь она могла до него дотянуться.