Сезон костей

Уж лучше обычное рефаитское презрение, чем такая лютая ненависть.

– Я не беру взятки. Мне не нужны ваши дешевые финтифлюшки, чтобы попасть в эфир.

Я торопливо спрятала дешевые финтифлюшки. Дурацкая затея! Рефаитам прибамбасы ни к чему, это удел балаганщиков и попрошаек.

– Простите…

– Убирайся в свою резиденцию, белая туника, а не то сообщу куратору – мало тебе не покажется. – Граффиас созвал арсенал духов.

Я развернулась и побрела прочь, не оглядываясь. Внезапно откуда-то сверху тихо прозвучало:

– Пейдж, погоди.

Затем сквозь прутья решетки просунулась рука. У меня вырвался вздох облегчения. Себ!

– Ты в порядке?

– Нет, – глухо ответил он. – Пейдж, умоляю, помоги. Вытащи меня отсюда. Прости, что обозвал паранормалом, прости…

Убедившись, что за мной никто не наблюдает, я вскарабкалась по стене, вытащила из-за пазухи сверток с провиантом и просунула через решетку.

– Не переживай, вытащу. – Я стиснула ледяную кисть паренька. – Сделаю все, что в моих силах, но понадобится время.

– Меня убьют, убьют, – повторял Себ, трясущимися пальцами разворачивая пакет. – Прикончат раньше, чем ты что-то предпримешь.

– Что с тобой сделали?

– Сначала заставили тереть полы, а когда я руки рассадил, велели перебрать разбитое стекло и найти куски для орнамента. – Его ладони были сплошь покрыты порезами; в раны, что поглубже, набилась грязь. – Завтра буду работать в резиденциях.

– Что за работа?

– Не знаю. И не хочу знать! Мне страшно, Пейдж.

– Понятия не имею? Что у тебя с глазом?

Он тронул распухшее веко:

– Охранник избил. Но я ни в чем не виноват, клянусь! А он… назвал меня человеческим выродком, а еще…

Губы тряслись, голова поникла. В первый же день из ребенка сделали грушу для битья. Протянет он тут хотя бы неделю, месяц? Сумеет ли, как Лисс, продержаться десять лет?

– Ты давай, подкрепись, – кивнула я на сверток.

– Ты там живешь?

– Да. Куратора, скорее всего, не будет. Ты вымоешься и поешь нормально. Договорились?

Себ кивнул. Он был явно не в себе, – похоже, здорово ударили. Мальчику нужен доктор и постельный режим, но вот беда – всем плевать. За невидца тут не дадут и ломаного цента.

От меня пока, увы, ничего не зависело. Ласково сжав его руку на прощание, я спрыгнула и поспешила обратно в город.