МЖМ по кругу на свадьбе. Золотая коллекция эротики. Gold. Друзья жениха опустили

Я почувствовала себя настоящей проституткой для этих двух богатых и избалованных мужчин нашего города.

Этот вечер на свадьбе моей лучшей подруги полностью изменил мою жизнь. До него я была никому не нужной брошенкой с ребёнком. Тридцатилетней разведёнкой. Стареющей бабой с прицепом, ежемесячно устраивавшей драму по переписке своему давно съебавшему из нашего города бывшему мужу из-за алиментов.

– Алло, Марин, только оденься поприличней. Прям начипырься… Там будут все лучшие мужики города. Не упусти свой шанс, – предупредила меня невеста и по совместительству моя подруга детства.

После того, что случилось на свадьбе моя жизнь стала совсем другой. Я стала… давалкой. Наверное правильно так это назвать.

В кресле психолога сидит полностью переделанная девушка. Искусственные крупные пухлые губы, гладкая кожа на лбу. Чрезмерный автозагар для тридцатидвухлетней. Огромная пластиковая грудь с торчащими даже через блейзер сосками. Платиновые волосы до попы.

Она покачивает ножкой на неприлично высокой шпильке и рассказывает мне сквозь слезы свою историю.

– Мною стали пользоваться богатые мужчины. Дорогие подарки. Поездки на море. Иногда даже они просто спонсировали мне отдых, а летела я одна. В мои обязанности входило только регулярно присылать им интимные фотографии. Выполнять их задания по переписке. И, если они меня захотят, – трахаться с ними и их друзьями.

Когда я пришла на ту роковую свадьбу, я была в очень взволнованном и приподнятом настроении. Я действительно еще никогда не одевалась так откровенно.

– Это уже не косметика, а предпродажная подготовка какая-то! – пошутила надо мной мастер по бровям в салоне.

Не буду врать и строить из себя божий одуванчик – мне это нравилось. После крайне неудачного брака с парнем из нашей компании, нищебродом и пиздоболом, бросившим меня беременную, потому что я «меркантильная» и попросила у него деньги на анализы перед родами его же ребенка.

Я была хоть кому-то нужна кроме коллекторов. Мужчины пожирали меня глазами. Они были искушенными, зрелыми, интересными. Многим было уже за сорок и это заводило меня очень сильно. Знать, что у них есть жены и семьи, но они все же находят время, чтобы разглядывать мои ножки на высокой шпильке в открытых босоножках.