Розмари. Булавки и приворотное зелье

Я бы предпочла, чтобы нас забирал папа, но он работает допоздна и предоставил маме заниматься всеми этими делами. Он всегда приходил домой после неё, так что мы никогда не сталкивались с необходимостью объяснять ему, чем мы занимались «одни дома».

Мы зашли на школьный двор, и мама торчала там, пока не прозвенел звонок, так что я никак не могла подловить моего друга Эди и предупредить, что у меня к нему серьёзный разговор.

– Привет, Розмари, – окликнул он меня в своей невозмутимой манере.

Он единственный из моих друзей, кто называет меня полным именем.

Все остальные зовут меня Рози. Во многих отношениях у нас необычная дружба, потому что Эди не любит танцевать, или наряжаться, или играть в куклы, или создавать новые миры на компьютере. Он просто гений в математике и фанат «Звёздных войн». Если учитель задаёт вопрос по математике, Эди всегда первым поднимает руку. Он умеет делать сложные вычисления в уме, без записей, без сложения или деления в столбик. В математике он такая же звезда, как Месси в футболе.

Эди ниже меня ростом, в чём, полагаю, нет ничего особенно необычного, поскольку я очень высокая для своего возраста. У него красивая тёмная кожа цвета молочного шоколада и непослушные чёрные волосы. Он носит большие очки в чёрной оправе, отчего немного походит на сову; ему приходится постоянно поправлять их, сдвигая вверх, потому что они всё время сползают с носа.

Эди слегка чудной во многих смыслах. Если Мисс велит ему сделать что-то, чего ему не хочется, или бранит его, он прикладывает ладони к ушам и морщится, издавая при этом мычание типа «уууууууууууууууууу».

Сперва мы все немного беспокоились, как бы в нашем классе не завёлся ещё один Спенсер – тот, про которого учителя тоже станут говорить «неуправляемый». Бывало, что Спенсер впадал в бешенство безо всякой причины и выходил из себя из-за ничтожных мелочей. Он укусил за руку мисс Алвин, нашу директрису. По крайней мере, мне кажется, что он говорил про руку. У неё не очень-то много мяса на костях, так что, готова поспорить, это было реально больно.

Но всё, что делал Эди, – это прикол с ладонями на ушах. В остальном же он был очень серьёзным и по-настоящему добрым. Меня посадили с ним на математике, и я сперва думала, что будет неприятно сидеть с мальчишкой, а не с моими подругами Мэй и Глорией. Но Эди помог мне разобраться с дробями, а ведь мне и вправду было нелегко их одолеть.

У Эди всегда такой вид, будто он решает какую-нибудь головоломку.