Розмари. Булавки и приворотное зелье

– Она наверху, да? Там, куда ты показала, когда я тебя сейчас спросил.

– Нет-нет-нет, – перебила я, обгоняя его на лестнице. – То есть да, может быть.

– Успокойся, что за спешка? Так или иначе, для начала мне нужно в туалет.

Я достигла уборной раньше его и возблагодарила бога, что в этой двери не было замка. Так что, хоть она и была закрыта, я могла проскользнуть туда.

– Прости, пап, мне срочно. Я на секунду, – сказала я, чуть приоткрыв дверь на щёлку и ловко просачиваясь внутрь.

Ванная была пуста.

– Приве-е-ет. Джон, ты там наверху?

Я услышала немного запыхавшийся голос мамы, доносившийся с первого этажа. Затем её шаги по ковру, покрывающему ступени лестницы. На меня нахлынуло облегчение. Мне хотя бы не придётся объяснять, куда подевалась мама.

– Рози, пора ложиться, милая, – она выглядела совсем как обычно, никаких видимых повреждений, никакого беспорядка в одежде. Лишь два крохотных розовых пятнышка на щеках придавали ей такой вид, словно она спешила и от этого немного раскраснелась.

Я с подозрением разглядывала её, когда она неторопливо вышла из родительской спальни, коротко поцеловав папу в щёку.

– Давай-ка в кровать, Розмари. Я ещё поднимусь и пожелаю тебе спокойной ночи, когда управлюсь с ужином. Побыстрей, пожалуйста, уже поздно.

– Где ты была, мама? – тихо спросила я.

– Я наконец-то отыскала эту пьесу на нашей книжной полке, так что теперь смогу поучить текст и подготовиться к завтрашнему прослушиванию. Солнышко, сегодня тебе уже слишком поздно помогать мне со словами, – на мой вопрос она не ответила.

Затем я кое-что увидела. К её каблуку, будто наэлектризованная, прилипла пятиконечная звезда. Когда мама спускалась по лестнице, из прихожей словно поднялся тёплый вихрь, закружился вокруг неё и отхлынул вниз, к входной двери, унося с собой эту чёрно-серебряную звезду, которая неуверенно колыхалась в воздухе.

Пока звезда летела вниз, я смогла рассмотреть тонкий материал, из которого она была сделана; в конце представления звезда резко нырнула в пике, а затем распалась на блёстки, которые брызнули во все стороны по полу прихожей, выложенному плитками.

Что бы это ни было – оно прошло.

Настало время поговорить с Эди.

5. Эди, светила математики

На следующее утро за завтраком было бы вполне простительно подумать, что всё обстоит как обычно.